Затем отстраняется и уходит вглубь дома. А я стою и часто-часто дышу. Воздуха не хватает, так словно я пробежала стометровку на своей максимальной скорости. На пределах своего организма.
Осталось только согнуться и упереть руки в ноги. Именно это мне сейчас хочется сделать больше всего на свете. Но в руках у меня чертов контракт, и как только я об этом вспоминаю, меня отрезвляет.
Эдакий холодный душ.
Громко, пожалуй, даже слишком громко выдыхаю и иду в свою комнату. Договор швыряю на тумбу, пакеты с платьями и другими покупками на кровать, а сама иду в душ.
Даня с Дамиром, Ксю с Улей, которая вернулась домой раньше меня. Мне нет необходимости торопиться, поэтому я стою под горячими струями чуть дольше обычного. То ли хочу смыть с себя этот ужасный день. Да что там день… неделю, почти месяц, то ли свариться под кипятком. Провести дезинфекцию своего организма, чтобы вытравить из него Дамира. Под какой там температурой погибают микробы и бактерии?
Вот…. он как тот самый микроб… бактерия… вирус! Страшный и беспощадный вирус, который косит меня каждый раз, и к которому мой организм не желает вырабатывать иммунитет. А ведь я переболела же им однажды, так почему…
— Черт! — ругаюсь я, когда понимаю, что непроизвольно глажу себя.
Грудь, живот, промежность, думая при этом о Дамире.
Я понимаю, что это слабость, но остановиться уже никак не могу, слишком долго у меня не было мужчины, слишком чувствительно мое тело к прикосновениям, даже к моим собственным, а если уж думать об объекте желания, то… мне хватает двух минут, чтобы кончить.
Стоит лишь пройтись пальчиками по соскам, крепко их сжать и представить, что это губы Дамира, те самые, которые были от моих сегодня в такой близости. Затем крепко сжать себя за бедро, представив, что это крепкая ладонь Дамира, которой он сдавливает меня конечно же в разы крепче, но остальное додумывает и дорисовывает моя фантазия. Я ныряю пальцами меж своих ног, а перед глазами лицо Дамира, его взгляд.
Я вспоминаю его взгляд, каким он был в моменты нашей близости. Это было так давно, так бесконечно давно — аж в прошлой жизни, но я помню. Помню все в малейших деталях. И как он смотрел, и как приоткрывал рот, и как напрягал челюсти, а по его вискам часто скатывались капельки пота. Я вспоминаю их на вкус, Дамира на вкус. Приоткрываю рот и ловлю губами горячие струи воды, представляя, что это губы Дамира, что он крепко сжимает мои скулы и целует… целует… целует, а затем резко входит и… на этом моменте в моем теле происходит взрыв, и мне даже не приходится со своей фантазией путешествовать дальше. Только на глаза почему-то наворачиваются слезы.
Я обессиленно опускаюсь на попу и крепко обнимаю себя за колени. Вода продолжает литься, но она больше не то, что меня не обжигает, она меня даже не согревает. Мне так себя жалко. И в то же время противно от самой себя. Что я такая ничтожная и никчемная… размазня.
Приступ самобичевания длится недолго, но все же рыдаю я навзрыд, выплескивая все свою обиду на жизнь, на маму, на Андрея, на Дамира, на саму себя и свой чертов организм. Ну, неужели так трудно влюбиться в кого-то другого и захотеть кого-то другого. Чтобы в двадцать с лишним лет не жить как монашка.
Зато спускаюсь вниз к сыну и всем остальным я уже в весьма приподнятом настроении, что в очередной раз задумываюсь о нестабильности своего эмоционального состояния.
И какого же мое удивление, когда внизу я не застаю ни Улю, ни Ксю, а только Дамира, Даню и… незнакомую мне женщину. Молодую красивую брюнетку, которая держит моего сына на руках и лучезарно ему улыбается, что-то при этом запальчиво рассказывая Дамиру.
— А вот и мама, — говорит Дамир, замечая меня.
Он встает с дивана, протягивает мне руку, в которую я тут же вкладываю ладонь, пока ничего не понимая. Машинально даю ему свою руку, позволяя крепко ее сжать.
— Познакомься, Тая, это Ирина, педагог с десятилетним стажем работы в детском саду. Последние три года работает няней.
— Приятно познакомиться, Таисия, Дамир Давидович много о вас рассказывал. Я рада с вами увидеться и поговорить.
Она поднимается с дивана вместе с Даней на руках. Держа его на изгибе предплечья, протягивает мне ладонь для рукопожатия.
— Мое резюме на столе. Мы с Дамиром Давидовичем все обсудили еще несколько дней назад, но я все равно принесла его, чтобы вы изучили.
— Все обсудили?! — переспрашиваю, глядя то на нее, то на Дамира.
— Ирина работала в семье моих знакомых, но они переезжают в другой город, так что теперь она ищет новую семью, чтобы стать няней.
Не могу сказать, что мне в ней не нравится, но радости Дамира по поводу новой няни не разделяю.
— Мы вам перезвоним, — на полном серьезе говорю ей.
Ирина непонимающе хлопает глазами. Смотрит на меня так, словно совсем не ожидала от меня такое услышать. И стоит ей только перевести взгляд на Дамира, как я понимаю, она действительно не ожидала, что я такое скажу и была уверена, что уже принята на работу.
— Дамир Давидович, я… мне уйти?
