Очухиваюсь, только замечая, что за окном сменился пейзаж и мы въезжаем в загородный поселок. Высокие сосны с двух сторон, воздух, пропитанный ароматом древесной смолы, запах свежескошенной травы. А впереди современные виллы за высокими заборами, и где-то в одной из них меня поджидает Марк. Который сегодня хотел о чем-то поговорить со мной и которого я, пусть и не специально, но продинамила с разговором. Вот же блин. Я тоже хороша: нет бы сразу озвучить, что никаких свиданий дома, обозначить, провести черту. До свадьбы только нейтральная территория, и точка. Только так. А теперь все, уже поздно. Приехали.
– Приехали, – словно услышав мои мысли, весело рапортует Багиров-младший.
Даже, как мне кажется, с насмешкой. Будто догадывается о чем-то. Чувствует мое замешательство.
Я и сама понимаю, что мы на месте, когда машина въезжает во двор, а после глохнет мотор. Теперь точно приехали.
– Красивый дом, – выдаю на автомате, хотя на деле даже не разглядываю двухэтажное современное здание с панорамными окнами.
Вообще не хочу смотреть в его сторону. В груди теплится наивная вера в то, что чем меньше я буду глазеть на все это великолепие, тем больше шансов не пересечься с его хозяином.
– Отлично, отец дома, – довольно произносит Руслан, схлопывая последнюю надежду, что Марк мог задержаться на работе или уехать по своим делам.
– Ага, великолепно! – саркастически шепчу себе под нос.
Взгляд ловит необычный узор тротуарной плитки, идеального зеленого газона. Я иду вслед за своим спутником, пытаясь не думать о предстоящей встрече и унять разогнавшийся до предела пульс. Если бы все было так плохо, как я рисую в своем воображении, то это наверняка бы уже дошло до Тимура. И мой телефон сейчас бы дымился от гневных тирад отчима. Марк заключал сделку с ним, а значит, и претензии в случае чего будет высказывать ему. Обвинять, спрашивать, ставить перед фактом. Но отчим молчит, а значит, Багиров-старший с ним не связывался и ничего не предъявлял. И тема, которую он хотел сегодня обсудить со мной, наверняка не связана с моими подозрениями, а касается совершенно других аспектов. Например, гонок его сына? Желание как-то повлиять на него через меня?
Разум в попытке привести меня в чувство включает логическое мышление, и это постепенно помогает. Приводит в чувство. Паника отступает, эмоции притупляются. Я уже практически беру себя в руки, как слышу где-то недалеко плеск воды, который привлекает внимание. Поднимаю голову, отрываясь от созерцания необычной тротуарной плитки. Рядом с домом бассейн. На улице уже довольно темно, вдоль дороги и по периметру дома теплым рассеивающим светом горят фонари. Зона отдыха рядом с прилегающей террасой и лежаками освещена ярче всего, да и сам бассейн подсвечивается изнутри, отчего хорошо видно мужскую фигуру, движениями настоящего профи рассекающую гладь воды. Я на несколько секунд залипаю на это зрелище, любуясь мощным телосложением, широкими плечами, выверенными взмахами рук. Ровно до того момента, пока Руслан задорно не выкрикивает: «Пап, привет! Как водичка?» – и я не понимаю, кто плавает в бассейне.
Сердце заходится и от страха, продиктованного предстоящей встречей, и от предвкушения снова увидеть Его. Того, мысли о ком я никак не могу вытравить из своей головы. Чей образ преследует меня практически каждую ночь перед сном, чьи руки до сих пор жаркими фантомными прикосновениями будят неутолимый сексуальный голод, чей голос хриплым возбуждающим шепотом звучит в моих эротических снах. И… тот, от чьего решения так или иначе зависит моя будущая жизнь.
Марк, замечая сына, подплывает к лестнице. Я словно в замедленной съемке наблюдаю, как он берется за поручни, как напрягаются мышцы на красивом подтянутом теле, как блестят капли влаги на загорелой коже. А когда Багиров-старший в одних плавках встает перед нами во весь рост, я, кажется, даже забываю, что нужно дышать. Если бы мне дали задание найти модель, с которой будут лепить античного бога, идеального кандидата для рекламного ролика крутого тренажерного зала, мужчину, при виде которого вся женская часть аудитории будет исходить слюнями и вожделением, вряд ли бы я нашла кого-то лучше. И сейчас, стоя от Марка в нескольких шагах и имея возможность в деталях рассмотреть его потрясающую фигуру, я начинаю сомневаться, что провела ночь именно с ним. Что такой Аполлон вообще мог взглянуть в мою сторону.
– Добрый вечер, – вежливо бросает Марк и тянется за полотенцем.
Вытирает вначале лицо, а после небрежными движениями проходится по волосам. Будто действительно позирует перед камерой на женскую аудиторию. Красивый, совершенный, недостижимый.
По его виду он не особо рад нашему визиту, но природная вежливость не позволяет это проявить.
– Здравствуйте, – улыбаюсь криво.
– Мы с Лилей заехали на ужин. Не помешаем?
– Кому? – мажет по мне пустым взглядом Марк.