– Нет, ну это просто смешно, – разводит руками Андрей, – я сказал тебе, что ставлю в наших отношениях точку, но никуда тебя не отшвыривал и не вышвыривал. Я оплатил тебе квартиру на полгода, на протяжении всех наших отношений я давал деньги, причем немаленькие! Я покупал все, что тебе заблагорассудится, и я не представляю, куда ты могла их тратить! Я предполагал, что у тебя скопилась какая-то сумма на первое время, но если нет, то ты скажи мне, я могу помочь тебе финансово, только не устраивай такой цирк!
– Хочешь от меня откупиться? – грустно спрашиваю я.
– Да нет же. Я хочу просто расстаться по-человечески.
– Человеки так не делают.
– Как?
– Как ты. Почему ты не объяснился со мной? Почему не признался, что больше не хочешь меня? Зачем приплетать жену, детей и развод, чтобы скрыть от меня то, что ты бросаешь меня ради какой-то девицы?..
– Лера, я прекрасно знаю женщин. Признаваться в этом было бы глупо.
– Почему?
– Да потому. Начнутся бесконечные вопросы, обиды, истерики… Что я, в первый раз, что ли?
– А я-то думала, я у тебя первая такая, – горько усмехаюсь я, – и так, как со мной, у тебя ни с кем не было.
– Ну, дорогая моя, ты тоже мне говорила, что я лучший в сексе. Но я-то знаю цену этим словам от таких женщин, как ты.
– От таких, как я? Не поняла. Ну-ка, объясни?
– Лер, ты понимаешь, о чем я, – вздыхает Андрей, – хватит ломать комедию.
– Я ничего не ломаю! Я действительно не понимаю, о чем ты!
– Боже мой, вот зачем все это озвучивать? Мы же взрослые люди, некоторые вещи не нуждаются в том, чтобы их воспроизводили в речи…
– Андрей, – я поднимаю на него глаза, предельно ясно понимая, что он имеет в виду, – такие женщины, как я – это проститутки, что ли? Ты это хочешь сказать, да?
– Лера, ну зачем так грязно! – морщится Андрей, – И вообще, зачем ты подняла эту тему?
– Так, ладно, ладно, – машу я руками, закатывая глаза и чувствуя, как к горлу покатывает ком, – окей. Предположим, что ты считаешь меня проституткой, фиг с ним. Но что произошло? У нас же все было хорошо! В смысле, тебе все нравилось…
– Я тебе все уже сказал.
– Что?! Что ты мне сказал?..
Андрей тяжело вздыхает. Кладет руку на барную стойку с легким хлопком, как бы давая понять, что разговор закончен.
– Лера, пойми. Ничто не может длиться слишком долго.
– Да, да, да, – выдыхаю я, – немногое на свете долго бывает важным. Я уже поняла, хватит цитировать Ремарка.
Я смотрю на Андрея – целиком и весь он кажется мне близким, почти родным. Я просто привыкла к нему. Я знала, что он у меня есть, что я не одна и все такое. Я выучила его, притерлась к нему, подобно, наверное, его жене. И как жена, вероятно, так же наскучила ему.
Грустное осознание. Поражение, знакомое всем женщинам.
Но полнейшим поражением было бы остаться здесь, в этом ресторане, полном звуков пятничного веселья и легкого кутежа, смотреть на него с этой девицей, терзаясь даже не от ревности, нет. Видеть и осознать, наконец, то, что я вышла из игры. Полный провал.
И я еще сижу тут перед ним, задаю ненужные вопросы, на которые заранее знаю все ответы, трачу его время и свое собственное. Господи, да я просто жалкая…
– Видишь, какая ты образованная, – с легкой усмешкой, в которой я слышу лишь злорадство, говорит Андрей, – умная, начитанная девочка. К тому же молодая, красивая. Хватка у тебя железная. С таким набором качеств ты легко найдешь какого-нибудь папика, не переживай.
– Ну ты и скотина, Андрей…
– А что такое? Разве я не прав?
Молчу, уставившись на свои сложенные одна на другую ноги.
– Я же говорю, – вздыхает Андрей, поглядывая на часы, – ты именно такая. В этом нет ничего чудовищного и аморального. Тысячи женщин так живут. А теперь позволь мне попрощаться с тобой. Ты же видела, меня ждут. И не кисни ты так. Это жизнь.
– Ладно, – бесцветно говорю я, – проехали.
– Удачи тебе, Лера.
– Спасибо. И знаешь… Спасибо за все. Вообще за все. Прости, что вела себя как идиотка.
– Ничего. Тебя можно понять.
Какой же он все-таки у меня был понимающий… Человечный!
– Ну все тогда, – вздыхаю я, – я пойду. Отдыхайте. Удачи тебе с твоей этой… Аленой… Как ее?
– Алина.
– Ах да. Алина. Ну удачи тебе с Алиной тогда. Пока.
И я тепло и как будто по-дружески обнимаю его.
Я, конечно, хотела сказать «прощай», но не стала придавать нашему расставанию лишней мелодраматичности. И так все скверно.
– Спасибо, – Андрей прохладно и быстро обнимает меня, потом достает бумажник из внутреннего кармана пиджака и, выудив оттуда три розово-оранжевые купюры, протягивает мне, – вот, тебе на первое время. Потом как-нибудь сама.
– Ага, спасибо, – беру у него деньги и равнодушно сую их в сумочку, – все, чао!
Посылаю ему наигранно-манерный воздушный поцелуй и выхожу из бара, не оборачиваясь.
Вот же козел!
