На его толстой коре разноцветной палитрой красок отметились все автомобили, ездившие в сторону деревни. Только редким опытным водителям удавалось удержать руль, уводя машину из колеи, упав в которую машина обязательно ударится дверьми о ствол
– Нам еще столько же топать – Катя провела ладошкой по избитому и окрашенному месту ствола дуба. На какое-то время, словно доктор закрывающего своей ладонью кровоточащую рану она прижала ладонь к тому месту ствола дуба, в котором была содрана кора, обнажив его нутро. Дорога, где они оставили аудюху уже давно скрылась за лесом. Даже звуки проезжающих автомобилей не могли добраться до этого места. Эрик все это время держал наготове фотоаппарат, чтобы поймать в объектив интересный кадр.
– Не шевелись – скомандовал Эрик, стоя позади Кати, которая держала ладошку на стволе. По лесу пробежал характерный щелчок объектива и скрежет сматывающего пленку механизма пленочного фотоаппарата. – Ты будто слушаешь его сердце – проговорил с сарказмом Эрик.
– Нет. Я делюсь своей энергией с ним, чтобы его ранка зажила быстрее.
– Кто-то уже пробовал залечить его ранку. Вон слева от твоей руки глина прилеплена – Эрик подошел к дереву, плечом оперся о него и указал указательным пальцем на место, к которому была приложена внушительная горсть глины. – Ну и досталось же ему.
– Знаешь. Мне в детстве дедушка рассказывал про место силы, когда я с ним гуляла по лесу. Иногда мы туда даже ходили вместе. Как дойдем до деревни, я покажу тебе его. Там ровная полянка, которая окружена высоченными соснами. Сосны стояли плотно друг другу, как эти деревья в этом лесу. За самой полянкой был обрыв, внизу которого небольшое озеро. Ну как озеро, лужа по большому счету. Эта полянка была границей, между соснами и этой самой лужей. Рядом с деревьями было много холмиков. Их было прям очень много – Катя развела руки в разные стороны. – В холмах были вырыты глубокие норы, из которых торчали массивные корни деревьев. У некоторых деревьев так вообще была видна вся их корневая система. Корни были переплетены между собой как куча проводов на электрическом столбе. Все деревья как бы идут на тебя, словно рядами спускаются по ступенькам, когда стоишь лицом к лесу, а спиной к обрыву. Там земля скатывалась в озеро, образуя холм – Катя рукой нарисовала в воздухе наклонную линию. – Но вот что странно. Макушки приближающихся деревьев тоже должны быть все ниже и ниже. – Согласен? – Катя бросила на Эрика вопросительный взгляд.
– Ну да. Если почва как горка, то не ее вершине будет самая высокая макушка, а внизу макушка дерева уже будет ниже. Элементарная геометрия – улыбнулся Эрик ей в ответ. – Так вроде должно быть, разве не так?
– Но в этом месте силы, в низине, у самого края полянки макушки всех деревьев не были ниже, а наоборот, а они были наравне со всеми. Странно да? – Катя обернулась вокруг, словно пыталась что-то найти. Но ничего не найдя, пошла дальше. – Я только потом поняла, как им так удается. Их корни выходят высоко от земли, держат на себя массивный толстый ствол. Я же тогда была маленькая, низенькая – Катя ладонью показала свой рост на уровне своей узкой талии. – Мне казалось, что они вот-вот и сами сделают шаг вперед и пойдут ко мне на встречу, корнями вместо ног – Катя засмеялась, толкнула Эрика своим плечом.
Они вышли на полянку с пожухшей травой и с большой лужей, в которую уходила дорога. Все некогда глубокие глиняные колеи дороги погружались в нее, и полностью скрывались в ней. Местами как островки торчали из нее земляные пенечки, на которых увядала трава. Только в конце полянки, у края леса можно было увидеть как извилистые, глубокие колеи выруливают из воды и скрываются в лесу. Ветер наклоняет деревья, пытаясь склонить их своей воле. Но деревья уверено дают отпор, с громким скрежетом разгибаются. Брошенный в лужу Эриком увесистый камень добавил к лесной мелодии фирменный “бульк”, а сам полностью скрылся под черной водой.
– Дедушка мне тогда сказал, Катя смотри, у всех этих деревьев земля уходит из-под ног. Но они все равно продолжат расти, становятся вот такими массивными, с широченным стволом и высокой высоты. Да, да, именно так и сказал “высокой высоты” – по лесу вновь разлетелся эхом Катин задорный смех. – И потом он добавил. Представь сколько в них силы. Наши проблемы ничто для них, наша жизнь для них мгновение. Они будут здесь стоят сегодня, завтра и через двести лет. Все так же расти, цвести и пахнуть. Потом он подходил к некоторым деревьям и клал ладонь на их ствол, закрывал глаза и что-то шептал про себя.
– Так же как ты с этим дубом? – Эрик мотнул головой назад – а что он шептал?
