Потому у Лили и дефективные дети.И еще такая деталь. В 1970 году вышла моя книжка "Князь мира сего", где я описываю всяких дегенератов. Все наши знакомые, включая и Лилю, эту книжку читали. Лиле эта книжка не понравилась. Ведь я пишу, что в доброе старое время, в средние века, таких дегенераток, как Лиля, называли ведьмами и чертовками, и жгли на кострах. Вот чертовка Лиля и решила мне отомстить – и испортила мою жену. Конечно, выяснилось все это только гораздо позже, задним числом.Отлежавшись полтора месяца у Лили, Киса вернулась домой худая и злая: доктора сказали ей, что теперь она детей иметь не может. Нормальная женщина на этом успокоилась бы. Но не мазохистка Киса, которая ищет свое счастье в несчастье. Теперь она заявляет мне, что она обязательно хочет иметь приемного ребенка. А моя картотека говорит, что приемные дети это, в большинстве случаев, дети проституток, воров, сумасшедших, алкоголиков и тому подобное. Вот и выбирай себе ребеночка.Быстро сказка сказывается, да не скоро дело делается, после долгих осложнений, споров и скандалов, в конце концов, Киса купила за 5.000 долларов 5-месячного арабчонка из Бейрута в Ливане и привезла его домой в октябре 1975 года. Киса работает два дня в неделю по 4 часа. Это время я играю роль папы: кормлю ребенка и меняю пеленки. Арабчонок поест, облизнется и улыбается мне. Совершенно не капризничает, только ест и спит. А когда проснется, то все время дружески улыбается. Забавный ребенок.Даже не спросив меня, Киса назвала арабчонка Андрюшкой, в честь своего явно дегенеративного племянника в Париже. Затем Киса крестила Андрюшку у о. Митрофана в церкви "Спаса-на-грехах" и сделала Лилю Кудашеву крестной матерью, то есть моей кумой. Только кума Лиля на меня как-то странно косится.Даже сегодня, 27 лет спустя, я помню день рождения Андрюшки: 15 мая 1975 года. Ровно через год он начал ходить, держась за мой палец. Вскоре он начал и говорить, сначала "ма-ма", а потом и "па-па". Каждую неделю Киса расстилает на полу специальную бумагу и мерит Андрюшку сантиметром.– Что ты его меряешь? – спрашиваю я.
– Я боюсь, что он недоносок и будет маленький, – говорит Киса.
– Ребенок совершенно нормальный, – говорю я тоном специалиста. – Тебе очень повезло. Посмотри, как он улыбается и никогда не плачет. Солнечный ребенок.
Если с Андрюшкой все в порядке, то зато с Кисой начался какой-то беспорядок. Она вдруг заявляет мне, что вот уже десять лет она меня ненавидит – и смотрит на меня волком. Потом она заявляет, что переезжает жить в Си-Клиф и покупает там дом. Это все работа кумы Лили.
Потом Киса начинает поговаривать о разводе. Я вижу, что дело плохо и говорю:
– Если ты переезжаешь в Си-Клиф, то я остаюсь здесь, в Нью-Йорке. Раз ты подумываешь о разводе, то я не хочу на старости лет оказаться на улице с одним чемоданом в руках.
