А в доброе старое время Инквизиция называла таких женщин ведьмами и жгла их на кострах. И тут спорный вопрос: хорошо это или плохо? Ведь Инквизиция состояла из самых строгих монашеских орденов – францисканцев и доминиканцев, – которые, чтобы избежать мирских соблазнов, ходили босиком и подпоясывались веревкой. И эти монахи знали психоанализ лучше доктора Фрейда. Недаром Фрейда запрещали не только Ватикан, но и Кремль.
Но вернемся к моей жар-птице Дашке. Марина пожалела сына и предложила ему жить вместе с Дашкой в их большом доме, где больше шести комнат. А Дашка тем временем завела двух больших собак и притащила их с собой. Но собак нужно выводить гулять, а Дашка этого не делает, и собаки гадят в доме. Когда же Марина сделала Дашке замечание, та полезла на нее в драку. Как полагается в Америке, Марина позвонила в полицию. И кончилась эта история тем, что Дашку выкинули из дома с полицией – вместе с ее собаками и мужем.
– Гриша, скажи, как ты мог с такой гадюкой жить? Я с ней одного дня прожить не могу, а она у тебя больше года жила?!
– Костя, дело в том, что у меня был приемный сынишка, очаровательный арабчонок – Андрюшка. И я любил его больше, чем родного сына. А потом жена сошла с ума и украла Андрюшку. И с тех пор у меня раненое сердце. Сижу дома один и играю с муравьями и божьими коровками. А тут черт подбросил мне эту Дашку как приемную дочку. Ну вот… я и воспринимал ее как настоящую дочку. Тоже вроде божьей коровки…
– Тебе божья коровка, а мне змея подколодная, – заключает Костя.
Так или иначе, Дашка прожила с Кокой около десяти лет. Все это время она вместе с Кокой и за счет его родителей училась на зубного врача. Здесь нужно отдать ей должное, дурой она не была.
– Работать эта паразитка не будет, – говорит Костя. – Она хочет преподавать. Это лучше, чем ковыряться в гнилых зубах.
Получив диплом зубного врача, Дашка не успокоилась и пошла учиться дальше – на зубного хирурга, это высшая категория в зубоврачебном деле. А чтобы лучше было карабкаться вверх, она спуталась с профессором, который преподавал зубную хирургию – и бросила Коку. Это типично для женщины типа "разбойница".
Прошло еще два года. Моя жар-птица получила диплом зубного хирурга и моментально бросила своего хахаля-профессора, который помогал ей получить этот трудный диплом. На то она и женщина-разбойница. Бросив своего профессора, она пошла преподавать зубоврачебное дело в каком-то колледже – и сама стала профессором. А в Америке это не шутка, а серьезное дело.
Моему другу Косте она на прощанье опять показала – с улыбкой – вытянутый средний палец, что по-американски означает "фак юу!", а по-русски это будет непечатное ругательство вроде матерщины, которое я повторять не могу.
Ее бывший муж Кока вскоре женился на какой-то американке, и она родила ему дочку. Костина жена Марина после 30 лет брака вдруг заявила Косте, что она его ненавидит, и взяла развод. Явное климактерическое помешательство.
Та же самая история была и с моей женой Кисой: 20 лет была очень хорошим человеком, а потом вдруг лезет на меня с ножом. Это работает князь мира сего, и ничего вы тут не поделаете.
Мой друг Костя построил себе на заказ очень хороший дом около русского монастыря в Джорданвилле, живет там один в шести комнатах и в качестве развлечения варит самогон. По американским законам вы можете сколько угодно варить самогон и пить его сами, но только не продавать. Когда я с ним перезваниваюсь, он про Дашку даже ничего слышать не хочет и только ругается:
– Ух, подсунул ты мне гадюку!
Я же, когда вспоминаю мою блудную дочь, невольно улыбаюсь. Эта жар-птица всем давала жару. С такой скучать не будешь. А теперь, в 32 года, она настоящий профессор, красивая, умная – и опасная, как ядовитая змея. Для тех, кто ее не знает.
А в моей памяти она осталась как бедная сиротка, взбалмошная девчонка, которую я принимал как настоящую дочку. Все люди разные. И говорят, что чудаки украшают жизнь. Вот такой чудачкой была и моя жар-птица.
Этот термин, "мировая закулиса", любит употреблять философ Иван Ильин. Он как бы играет с этим загадочным термином, но что это такое, он не объясняет. И закулиса остается закулисой… Какая-то загадка.
Когда в России рухнула советская власть и пришла демократия-ворократия, то издали и собрание сочинений философа Ивана Ильина в 4-х томах. Я прочел первые два тома, и мне стало досадно. Так, словно Ильин хочет меня обмануть. Или, может быть, он не может нарушить какое-то табу или какую-то клятву. И во мне опять заговорила душа следователя по особо важным делам при атамане Всевеликого Войска Донского. В результате последующие два тома я просто не смог читать. И мне хотелось сказать философу Ильину:
– Дядя, не морочь мне голову. Если уж ты затронул эту закулису, то давай выкладывай все до конца.
Для начала я решил выяснить, кто такой этот Ильин, и заглянул в мою картотеку:
