– Давайте объявления и продавайте моего "Князя".
– Нет! – решительно заявляет Туряница.
– Почему нет? – удивляюсь я.
– Потому что это порнография, – отвечает Туряница.
Я удивился и смотрю на Туряницу уже другими глазами, глазами следователя из 13-го отдела КГБ, который описывается в моем "Князе". И что же я вижу: передо мной ненормально маленький старикашка; сухоручка, который врет, что ему негры руку открутили; никогда не был женат, детей нет, то есть типичный вырожденец, которому мой "Князь" против шерсти. И этим он себя выдал. Это не обязательно гомик, но… у него что-то не в порядке. Конечно, я ему ничего не сказал.
Редактор "Нового русского слова" Андрей Седых, девичья фамилия Яков Моисеевич Цвибак. Прожженная лесбиянка Нина Берберова прославилась тем, что написала книжку о масонах в русской эмиграции "Люди и ложи", где она даже указала номер членского билета масонской ложи Якова Моисеевича. Просто она писала дурацкие рассказы, которые редактор отказывался печатать, вот она и отомстила Якову Моисеевичу. Так или иначе, но Яков Моисеевич тоже "того". Печатать моего "Князя" он тоже отказался.
"Новый журнал" – это самый толстый журнал русской эмиграции, испокон веков он в руках эсэров, бывших бомбистов и террористов. Я туда даже и не совался с моим "Князем". Там сплошная статья 58-Ж.
Монархическая газета "Наша страна" в Буэнос-Айресе. Казалось бы, монархисты – это кристально чистые люди, которые поют "Боже, царя храни!". И я даже симпатизирую монархистам. Но редактор "Нашей страны" М.В. Киреев почему-то начал шипеть против моего "Князя", а это плохая примета. Потом мои агенты, то есть мои читатели, живущие в Буэнос-Айресе, сообщают мне, что Киреев тоже, как теперь говорят, "голубой", то есть тоже 58-Ж. И получается, что куда ни глянь, та же самая история.
Итак, прав был честный лорд Чарльз Сноу, сэр, пэр, настоящий большой ученый, хороший писатель и даже член британского парламента, который честно говорил, что 90% писателей-интеллигентов – это люди, мягко выражаясь, бионегативные. Это чтобы не называть их дегенератами.
И прав был мой дружок философ Кьеркегор, когда философствовал, что со времен изобретения печатного пресса дьявол поселился в печатной краске. А если говорить попросту, то это будут непечатные ругательства. И получается новая наука – философия ругательств, которая сильнее марксизма. Что сегодня осталось от марксизма? Только одни ругательства. А ведь когда-то это была религия…
Вот я и исповедался, смиренно признался, что в моей среде, среди моих бывших друзей и знакомых, которых я честно описал в моем "Семейном альбоме", я человек как бы ненормальный, что я в печальном меньшинстве.
Социальные и биологические условия, необходимые для существования нормального человека
