Едет в московском метро человек и ругается: "Эх, мать твою перемать!". Ему говорят: "Гражданин, не матюгайтесь, ведь тут женщины, дети!". Человек помолчал немножко, а потом опять: "Эх, мать твою перемать!".
Тогда вызывают милиционера. Человек поманил милиционера пальцем и шепнул ему что-то на ухо. Милиционер поворачивается и на весь вагон: "Ох, мать твою перемать!".
– Товарищ милиционер, вы что – тоже с ума сошли? – возмущаются пассажиры.
– А вы знаете что? – говорит милиционер. – Ему жена негритенка родила!
– Киса, ведь ты потратила на это десять лет. И на 90% дело сделано. Осталось только 10%. Нажми еще немножко! Не сдавайся! – и я глажу ее по головке, как поощряют ребенка.
– Киса, тебе нужно б писать по моей линии, – говорю я. Но моя линия – это психопатология. И по этой линии моя Киса никогда не пойдет. А без этого нельзя понять этих акмеистов. И бесполезно писать о них диссертацию. Но Киса еще несколько месяцев пыхтела и писала.
Месяца через три захожу я на кухню и вижу такую картину: Киса опять положила голову на свои книжки и заявляет:
– Гришенька, я не могу… Я бросаю…
– Киса, ведь ты написала 95%. Остается только 5%! Ведь не кончить – это преступление!
– Я больше не могу, – упорствует без пяти минут доктор русского языка и литературы.
Что делать? Но мы прожили уже 20 лет – и я мою жену знаю. Она тяжелая мазохистка. А мазохисты ищут свое счастье в несчастье. Как подтолкнуть ее, чтобы она дотянула эти 5%? Больше всего на свете она хочет ребенка. Эх, была ни была, нужно помочь человеку…
– Киса, кончи диссертацию – и я сделаю тебе ребенка, – говорю я. И я чувствую себя как тот казак, которому говорят: "Терпи казак – атаманом будешь!".
Но этот рецепт против мазохизма подействовал. Киса поднатужилась и получила диплом американского Пи-Эйч-Ди, то есть американского доктора философии, а по-русски это будет преподаватель русского языка начальных классов в американских колледжах. Работенка не пыльная.
Тем временем в 1970 году вышла моя книжка "Князь мира сего" про дьявола и его подручных.
– Григорий Петрович, как вы до всего этого додумались? – спрашивают меня.
– Ладно, я вам признаюсь, – говорю я. – Ведь моя жена – доктор русского языка и литературы. Так вот, она эту книжку и писала. А я просто так, сбоку припеку.
Но шутки шутками, а за обещания нужно платить. И начал я делать ей ребеночка, чего я раньше не хотел, опасаясь дурной наследственности в ее семье. Такие штучки всегда скрываются, и узнаешь об этом значительно позже. Богословы насчет этого говорят, что дьявол приходит неслышными шагами.
В общем, делаю я жене ребеночка, но целый год ничего не получается. В конце концов, она признается, что у нее, оказывается, начался климактерий, когда постепенно прекращаются менструации. Но у нее уже с 18 лет были нерегулярные менструации, что она тщательно скрывала. Да и многое другое она тоже скрывала. А мужчины не любят совать свой нос в эти дела.
