– Алло, Насть. Мы тут приехали чтобы я встретися с местной девушкой, с которой познакомился по интернету. Давай все вместе сходим в кино?
– Я никуда не хочу.
Я была уверена на 100% что Миша был в курсе что я употребила. В эту ночь домой он не пришёл. Зато, пока я лежала в кровати, из соседней комнаты раздалось:
– Мяу!
Издевательство! Неужели так сложно во всём признаться?! Давно можно было всё это прекратить, просто признавшись в этих нелепых играх!
Всё усугублялось тем, что он начал называть меня шизофреничкой и на каждое его вранье, которого становилось всё больше и больше, он говорил, что у меня глюки и мне показалось. Полный бардак!
Как-то раз, когда мы смотрели дома телевизор, за окном раздалось:
– Мяу…
– Слышала? – спросил Миша.
– Нет, тебе показалось, – с издёвкой ответила я.
Он взбесился и вышел из комнаты, хлопнув дверью. Не очень-то приятно, наверное, когда над тобой издеваются и отвечают тем же… А я «играла» в эти игры целых два года. Позволяла над собой издеваться и глумиться, внушая мне что у меня шизофрения и глюки. О чувстве собственного достоинства и речи не шло. Я была как подопытный кролик и пациент психушки на дому. А «врачом» был мой собственный муж.
Я лежала под кайфом в постели у нас дома. У меня кончился кокаин и мне хотелось ещё. Никогда не думала, что на кокаин можно «подсесть». Наркотик хотелось нестерпимо. Я позвонила моему старому знакомому – стриптизёру и слёзно умоляла срочно привезти мне «орех». Так знающие люди его называют.
– Заплачу в два раза больше, только срочно привези мне ещё хотя бы грамм! – вопила я.
– Насть, ты чего?! – голос его был испуганным.
– В три раза больше заплачу! – истерично кричала я в трубку.
Он бросил трубку. Испугался видимо такой сильной зависимости. Испугался того, что подсадил меня. Хотя он был не виноват. Это же был мой выбор. Я купила бы у другого, если не у него.
Я осознала, что заигралась. Осознала, что у меня зависимость. Пришёл мой муж и я призналась ему что у меня зависимость. У него как гора упала с плеч:
– Ну слава богу! – он был рад что я, наконец, сама вышла на этот разговор. Он добился чего хотел.
– Мы положим тебя в клинику, – утешал он и гладил меня по голове, – Вылечим тебя…
С тех пор у больше не употребляла. Мне не нужна была никакая клиника. Я призналась и ловить его на лжи уже не имело смысла. А значит и употреблять.
Но я так и не добилась признания. С этим было тяжело жить. С этой ложью и недосказанностью.
Через две недели я решила проверить свой телефон на прослушку. «Если всё закончилось, то нужно убедиться, что он перестал использовать свои штучки в виде прослушки и прочей слежки,» – думала я, – Иначе дальнейшая совместная жизнь просто невоможна». У меня до сих пор не прошли ощущения что в квартире были камеры. Я знала у моего мужа не было времени просматривать записи с этих самых камер – а значит их просматривает посторонний человек. Может просмотреть как мы занимаемся с Мишей сексом и как я хожу голая по квартире. Я, с тех пор, никогда не чувствовала никакого личного пространства и никакого права ни личную жизнь. Не чувствовала себя защищенной и того, что мой дом – моя крепость. Чувствовала, что из моей жизни сделали проходной двор, а на все интимные сферы жизни плюнули большим смачным плевком и прошлись большим кирзовым сапогом.
Найдя объявление об установке прослушивающих программ на телефон, я позвонила по указанному номеру телефона:
– Здравствуйте! Вы устанавливаете программы для прослушки на телефон? – я была полна решимости.
– Да, конечно, приносите телефон, и мы вам её установим в течение десяти минут.
– А обнаружить есть ли она на моём телефоне можете?
– И это можем, – заверили меня,
– Спасибо, я подъеду через час.
– Стойте! Вам обязательно нужно знать пароль..
– Я его знаю, – заверила я его.
Примерно два с половиной года назад друг моего мужа общался с ним и обсуждал что он установил своей девушке на телефон прослушивающую программу и теперь он может знать где она находится, какие сообщения пишет и прослушивать её звонки. Всё это обсуждалось при мне. А спустя полгода, когда у меня возникли подозрения о том что и на моём телефоне установлена такая программа, мой муж сказал мне:
– Что за бред?! Насмотрелась телевизора!
– Да вы это при мне с Лёшей обсуждали! – возмутилась я, – Хватит из меня дурочку делать!
– Да не бывает таких программ и не обсуждали мы с ним подобных вещей.
Сложно сохранять самоуважение и человеческое достоинство, когда из тебя делают полную дуру. Ты хочешь прожить с человеком всю жизнь, а тебе в ответ полнейшее неуважение. Но, при этом, говорят, что любят, жить без тебя не могут и просят сделать его счастливым.
