Он протянул мне джойнт – так называется самодельная сигарета из табака и марихуаны. Я курила и плакала. Дэвид гладил меня по голове и утешал. Мне стало легче, и я вырубилась.
Он стянул с себя штаны, надел презерватив и лёг на меня сверху. Я была в сознании, но, почему – то не могла пошевелиться и сказать хоть что – то. Закончив своё дело, Дэвид встал и закурил ещё один джойнт. Как только он встал, я тоже встала. Не знаю, что это было, но, видимо, так было нужно для моей перегруженной психики.
Я не чувствовала себя изнасилованной или ещё что – то подобное… Я чувствовала облегчение. Для меня было странным что я не могу ни пошевелиться во время секса, ни вымолвить ни слова. Курила джойнт я не первый раз в жизни, но со мной никогда не происходило. Конечно, до этого я курила только с мужем, а не с посторонним человеком, но всё же…
Я ушла от мужа и не собиралась с ним мириться. За последние два года с ним был один лишь ад и тосковать я по всему этому бардаку я не собиралась. Как и ни о чём жалеть. Два года – это слишком много. Даже для меня. И ни одного хорошего воспоминания за эти два года. Я чувствовала себя после всего этого защищенной, скорее наоборот. Он творил со мной всё что хотел, подкупал кого хотел, ставил скрытые камеры в квартире, прослушку на телефон, просматривал всю мою электронную почту, в нашей квартире ходили посторонние люди. После всего этого я чувствовала себя вещью, а не любимой женщиной или женой. И плевать он хотел и на моё личное пространство, и на конституционные права, и на уважение вкупе с доверием.
Он позволял себе такие безобразные вещи, когда внушал мне что у меня галлюцинации и шизофрения, что я начала его бояться: что ещё может взбрести в голову этому человеку, как оказалось совершенно чужом человеку раз он делал всё это, одному богу было известно. «И любую свою больную фантазию он может претворить в жизнь с его – то неограниченными теперь финансам», – с содроганием думала я.
Дэвид дал мне ещё 2 джойна и порекомендовал:
– Тебе лучше ещё и выпить в баре. Тебе нужно забыть всё что произошло с тобой. Если захочешь еще потом покурить, просто подойди ко мне и дам тебе. На трезвую голову ты вряд ли придешь в себя. Тебе нужно хорошенько отдохнуть, забыться и начинать новую жизнь без твоего ненормального мужа.
– Хорошо, спасибо тебе Дэвид, – поблагодарила я его.
С этого дня я курила безостановочно. Впрочем, как и пила.
Вечером я пошла на пляж в бар. Пила и танцевала как сумасшедшая, что было неудивительно. Нашла веселящие шарики и заказала их себе в номер на завтрашний день.
На следующий день парень с закисью азота пришёл ко мне в номер, как и обещал. После десятка веселящих шариков, я опять вырубилась в постели.
Парень наклонился и поцеловал меня в шею. Я почувствовала это, но, как и в случае с диджеем, не смогла ни слова сказать, ни пошевелиться. В дверь постучали. Она была не заперта.
– Настя! Привет! – услышала я голос Дэвида. Он подошёл меня и привел в чувство. А парень, который принёс закись азота удалился от греха подальше.
– Тебе нужно быть аккуратнее, – с беспокойством сказал он, – Что было бы если бы я не пришёл?
Я молчала. Конечно, он прав.
«Я, конечно, хочу отключить на время мозг чтобы не сойти с ума, но не до такой же степени его отключать!» – недовольно подумала я.
Я решила, что я слишком красивая чтобы в одиночестве напиваться, накуриваться или вдыхать веселящие шарики – иначе это опять закончиться изнасилованием. Я решила сначала с кем – то познакомиться, а потом уже отключать мозг. Познакомиться с тем, с кем я была бы не против заняться сексом, если до него дойдет.
К сексу у меня абсолютно изменилось отношение. После того как мой горячо любимый муж, с кем я занималась любовью, потому что я доверяла только лишь ему одному, внушал мне что у меня шизофрения, как будто он мне совершенно чужой человек, секс перестал быть для меня чем – то интимным, чем – то сокровенным. Если он на нашу близость так наплевал и издевался надо мной как будто наши занятия любовью ничего не значили, то и отношение к сексу у меня стало аналогичным. Я два года верила, что он не такое чудовище каким он является, что нам нужно просто эти вопросы про внушение шизофрении обсудить и всё наладится. А сейчас, после того как я обнаружила прослушку и на мою психику упала последняя капля всего этого бреда, я чуть не сошла с ума. Впрочем, именно с ума он меня и сводил.
Наверное, на некоторое время моя женская психика сменилась на мужскую и это было, видимо, как спасение для моего сознания и подсознания.
Утром и днём я пила май тай, а вечером и ночью «б-52» – сорокаградусный напиток, наливаемый в маленькие рюмочки, и почти ничего не ела так как не было аппетита. И постоянно курила марихуану. Хотелось как можно дольше не включать мозг и не вспоминать весь тот ад, который устроил мой собственный муж.
Вечером я приметила одиноко лежащего на лежаке парня. Это был высокий блондин с накаченным телом. «Красивый и сильный, – пронеслось у меня, – с таким можно ничего не бояться». Я подсела на лежак, который был рядом с ним.
