— У того выхода путь неисправный, Антоныч, — вмешался в разговор Лука Петрович. — Ведь объяснил тебе. Опять же — транспортер здесь установлен.
— Путь отремонтировать — полдня работы. Пусть нам мастера железнодорожного дадут, сами сделаем без наряда.
— И транспортер артелью запросто перетащим, — поддержал бригадира Степа.
— Поздно, Антоныч, завел ты этот разговор, — нахмурился директор. — Вагон подан, нужно работать.
— Я вам про это целый год говорил, а вы отмахивались, — не сдавался Антоныч. — Будет, мол, вагон, тогда и поговорим. Вот и давайте поговорим. Почему опять картошка в яблочных ящиках затарена? Ведь пупы надорвут люди.
— А вы, орлы-голуби, если тяжело, вдвоем один ящичек несите. И решена задачка, — ответил за директора Голуба.
— Начали! — сказал директор.
Грузчики и «волки» толпой повалили к картофелехранилищу. По крутым каменным ступенькам стали спускаться вниз. На лестничной площадке стоял, словно диковинная птица, старый ржавый транспортер. Одно «крыло» его скользило вниз, в сумрак хранилища, другое — тянулось вверх, к светлому проему входа. Протискиваясь в проходе между стеной и транспортером, Васька похлопал ладонью по стреле, просипел:
— Не подведи, родимый!
В картофелехранилище было полутемно и тихо. Спертый затхлый воздух, настоянный на прорастающей гниющей картошке, резко шибал в нос.
— Бабки, где вы?! — крикнул Дурмашина.
— Здесь, милок! Здесь! — откликнулось несколько голосов из дальнего угла хранилища.
— Кой хрен вас туды занесло, — проворчал Васька. — Затаривали бы здеся, поближе к выходу.
— Лука Петрович приказал, Васенька.
— Лука Петрович, Лука Петрович… Тетка Фрося, ты опять горой насыпаешь? Сама ящики попрешь, старая кляча.
В ответ на Васькин упрек старухи загалдели между собой, заспорили. В хранилище стало веселей.
— Вот что, Василий, — проговорил Антоныч, — мы внизу управимся, а ты со своими ребятами верх обеспечивай. Нам оставь одного. Пусть подсобляет на плечо брать ящики.
— Верх так верх, одна альтернатива! — согласился Васька. — Петька, оставайся здеся, подсобляй Антонычу. Остальные айда за мной.
— Федор, включай! — крикнул Антоныч.
Стрела транспортера вздрогнула, широкий ремень запрыгал на скрипучих роликах, нехотя пополз вверх.
— Егор, сколько до открытия магазина осталось? — озабоченно спросил бригадир у Кулик-Ремезова.
— Они с первого захода не вырубятся, — успокоил бригадира Степа, — до половины вагона должны продержаться.
— Как знать! — усомнился Антоныч. Он присел, крякнул, вскинул на плечо первый ящик без Петькиной помощи. — Начали, артельные!
Наверху Васька Дурмашина один принимал с ленты транспортера ящики и тащил их к вагону. Цимус с Локатором укладывали ящики в вагоне рядами. Укладывать их приходилось до самого потолка. Васька понимал, что Антоныч сделал им послабление, определив работу наверху. Бригада, работающая внизу, намного должна превосходить числом верхних, потому что таскают они ящики к транспортеру через все хранилище.
Заурчал, отъезжая, «газик» директора.
— Шевелись, убогие! — прикрикнул Дурмашина. — Смотри, как там Антоныч с нашим Петькой выдают. Ремень лопнет.
И, словно бы в подтверждение Васькиных слов, мотор транспортера облегченно взвыл, разорванный ремень шумно залопотал концами. Потом наступила тишина.
— Все, — сказал Васька, — приехали. Готовь, убогие, свою альтернативу к ручной работе. У меня душа чует…
Пока Антоныч с грузчиками, чертыхаясь, сшивали ремень, прошло не менее получаса. Локатор все чаще и чаще кричал прохожим: «Который час?» Время приближалось к одиннадцати.
На сшитом ремне проработали совсем немного, он лопнул через двадцать минут.
— Пора, — проговорил Локатор, достал из кармана десятку, взятую в долг у Риммы, протянул ее Убогому.
Петька зажал деньги в кулак и неожиданно легко скользнул под вагон…
— Что с ремнем? — недоумевал Антоныч. — Совсем новый получили. Один сезон на нем проработали. На зиму снимали, на просушку развешивали, а он, смотри-ка, сгнил!
— «Сгнил»! — подмигнул Цимус дружкам. — А я-то думал: чего ить Голуба на лимонадный возил на Соловье… — и, понизив голос до шепота, Цимус продолжал: — Это он ремнями с лимонадным заводом махнулся. А в придачу бутыль «черта» получил. А я-то думал: чего ить он туды возил…
— Вот скотина! — прорычал Локатор.
— Тише вы! — прикрикнул Васька. — Услышат грузчики, шум поднимут. Особливо Федька Пряник. Он на Голубу давно зуб точит. Узнает Голуба, что ты, Цимус, про ремень «стукнул», он тебе устроит альтернативу.
В третий раз транспортер проработал всего несколько минут, ремень вновь лопнул.
— Что будем делать? — спросил Антоныч у грузчиков.
— Я, Антоныч, тебя предупреждал: без транспортера из хранилища не потяну, — проговорил Кулик-Ремезов. — Года не те.
— Ладно, — успокоил бригадир товарища, — будешь с Убогим ящики на плечо подавать. Куда это Петька запропастился? Никак, в магазин убег?
