Азам установил, что у теперешней тридцатидвухлетней Фелиды, управлявшей бакалейным магазином, в основном проявляются те же самые симптомы. Но теперь первая и вторая личности поменялись друг с другом местами, то есть, периоды второй личности значительно удлинились по сравнению с первой, нормальной. Последней становилось все хуже и хуже. Во втором состоянии Фелида чувствовала себя хорошо, она становилась свободней, больше заботилась о внешнем виде, была более чувствительной и более привязана к семье. Она помнила всю жизнь. Во время коротких периодов первой личности она лишалась большой части воспоминаний (поскольку она ничего не помнила о второй личности), много работала, но выглядела хмурой, и ее раздражал муж. В любом отношении это так называемое нормальное состояние оказывалось менее желательным, чем второе, или ненормальное состояние. Все одиннадцать детей родились в нормальном, то есть в плохом состоянии. В обоих проявлениях она считала свое нынешнее состояние нормальным, а другое - ненормальным.
В последующие годы, вплоть до 1887 года, Азам продолжал наблюдать за Фелидой и написал несколько дополнительных работ о ней. Второе состояние становилось все более и более доминирующим, хотя оно никогда не оставалось единственным. Все то время, пока Азам наблюдал за ней, у Фелиды случались короткие возвраты в первое «нормальное» состояние. Расстройства вегетативной нервной системы постепенно увеличились до такой степени, что у нее начались частые кровотечения из всех слизистых тканей тела, без каких-либо признаков серьезных заболеваний.
Большинство случаев множественной личности принадлежит к данной группе односторонней амнезии. Как мы уже видели, «В» знает вес об «А», в то время как «А» не знает ничего о «В». Более того, С.В. Митчел обратил внимание на то, что во всех известных случаях обнаружилось, что личность «В» является более открытой, более легкой в общении и часто имеет приподнятое настроение. Личность «А» является замкнутой, ответственной и подавленной. Майерс и затем Жане, заявили, что некорректно называть личность «А» нормальной, а личность «В» ненормальной, как это делал Азам. В действительности, личность «А» является больной, а «В» можно рассматривать как возврат к некогда здоровой личности, той, какой она была до начала болезни.
Из многочисленных примеров множественной личности, принадлежащих к этой группе, мы выбрали и добавили еще один, возможно, наиболее примечательный случай множественной личности из когда-либо опубликованных. Это история болезни Елены, пациентки доктора Морселли. Елена наблюдалась и лечилась у Морселли63 в течение трех лет. Его отчет, опубликованный в итальянском журнале, является хорошо задокументированной монографией случая этого типа.
В мае 1925 года двадцатипятилетняя учительница игры на фортепиано Елена Ф. была помещена в психиатрическую клинику Морселли в Милане. Она обратилась к нему на превосходном французском. Морселли спросил ее, почему она, итальянка, не говорит с ним на своем родном языке. Елена ответила ему с явным удивлением, что разговаривает по-итальянски. У нее было ощущение, что вокруг нее происходит что-то странное и сверхъестественное. Пациентка жаловалась, что люди читают ее мысли, и она слышит голоса, которые выдвигают против нее чудовищные обвинения. Елена также уверяла Морселли (и это не соответствовало действительности), что ее отец умер. В то время как Морселли проверял состояние ее нервной системы, пациентка впала в короткий летаргический сон. После пробуждения она заговорила уже на итальянском и была очень удивлена, когда увидела Морселли, которого не узнала.
После этого франко- и италоговорящая личности стали чередоваться. Вне зависимости от того, в каком состоянии она находится, Елена полагала, что разговаривает по-итальянски. Во французской личности она говорила по-итальянски так, как говорила бы француженка, и наоборот. Кроме этих двух состояний, в поведении пациентки проявлялось то, что время от времени она начинала бредить и у нее возникали страшные галлюцинации, в которых, например, она видела, как отец убивает мать (подобные случаи, происходившие с Фелидой в третьем состоянии, были также описаны Азамом)
Итальянская личность Елены ничего не знала о своем французском двойнике, в то время как последняя знала как о себе, так и об итальянской личности. Французская личность была явно психотичной, итальянская - гораздо более здоровой.
