Жане прежде всего проделал классификацию симптомов заболевания в соответствии с их глубиной (profondeur). На самом поверхностном уровне оказались облака, которые он сравнил с последствиями постгипнотических внушений. Ему пришла в голову мысль о том, что их содержание, возможно, является частичным отражением содержания популярных романов, чтение которых было страстным увлечением Марсель на протяжении многих лет. На среднем уровне располагались импульсы, которые Жане приписывал действию подсознательных навязчивых идей, являющихся результатом определенных травматических воспоминаний. И, наконец, в глубине лежал болезненный слой, связанный с наследственностью, тяжелыми физическими заболеваниями, перенесенными пациенткой в прошлом, и травматическими событиями ее детства.
За психологическим анализом должен был следовать психологический синтез, то есть реконструкция развития заболевания. Сначала больная страдала от нарушений, связанных с наследственностью, затем, в четырнадцатилетнем возрасте, пережила тяжелую форму брюшного тифа, в результате чего она утратила всякую способность приспособляться к окружающим условиям, что было тяжелым ударом для ее психического состояния. Все это привело к образованию порочного круга - не будучи в состоянии приспособляться к новым ситуациям, Марсель удалялась от действительности в свои мечты, что делало ее еще менее приспособленной к окружающей действительности, чем раньше. Год спустя последовала еще одна травма. Скончался ее отец, который на протяжении последних двух лет страдал параплегией. Последним ударом для Марсель стала неудачная любовная связь, в результате которой появились мысли о самоубийстве. В это время она лишилась памяти о последних событиях своей жизни.
Что можно было сделать, чтобы помочь этой пациентке? Сначала Жане тщетно пытался развить у нее синтетическую функцию посредством элементарных упражнений в навыках чтения. Затем он предпринял попытку использовать внушение, чтобы помочь ей отделаться от навязчивых идей, но не успевал он уничтожить один симптом, как на смену ему появлялся другой, в то же время сопротивление пациентки во время гипноза усиливалось. Использование автоматического письма привело к классически выраженным истерическим кризам. Однако вскоре Жане заметил, что эти попытки принесли и свою пользу. Гипноз и автоматическое письмо провоцировали кризы, но, с другой стороны, в сознании больной после них появлялись некоторые прояснения. Эти кризы становились все более тяжелыми, а всплывавшие на поверхность навязчивые идеи имели все более давнее происхождение. Идеи, которые появлялись у пациентки на протяжении всей ее жизни, возникали теперь одна за другой в обратном порядке. «Удалив поверхностный слой заблуждений, я вызвал появление старых, упорно сопротивляющихся навязчивых идей, лежавших на дне ее сознания. Постепенно они начали исчезать, что принесло значительные улучшения в состоянии больной». Среди других наблюдений; связанных с данным случаем, следует отметить высказывание Жане о том, что «в человеческом сознании ничто никогда не утрачивается» и что; «подсознательные навязчивые идеи являются результатом психической слабости, с одной стороны, и источником дальнейшего ее ослабления и ухудшения психического состояния пациента, с другой.
