В западном мире некоторые техники ментальной тренировки также ассоциируются с определенными философскими школами. Часто не учитывается тот факт, что в эпоху древних греков и римлян принятие конкретной философии не означало просто принятие определенной доктрины. Пифагорейцы, платонисты, ученики Аристотеля, стоики, эпикурейцы были не просто приверженцами «философских систем», они были членами организованных «школ», также называемых «сектами», которые обязывали своих членов пользоваться определенным методом подготовки и вести определенный образ жизни.87 Каждая из таких школ имела центральное учреждение или управление, помимо которого существовали местные отделения. Пифагорейский институт в Кротоне, на юге Италии, был разрушен врагами этой ассоциации, но на протяжении столетий последователи Платона, Аристотеля и Эпикура имели свои институты в Афинах (Академия, Лицей, Дом и Сад Эпикура, соответственно). Эти институты включали в себя жилье, предоставляемое выдающимся членам общества, помещения для чтения лекций, библиотеки и мастерские, где производилась публикация трудов. Каждая из таких школ была организована по-своему, и существовала под руководством сколарха, который являлся последователем основателя школы. Каждая имела иерархию старших и младших членов. Члены, которые переходили из одной философской школы в другую, должны были пройти инициацию и поддерживать определенный образ жизни вплоть до диеты и манеры одеваться. Они либо поддерживали доктрины школы и соблюдали ее правила, либо исключались из нее.
Каждая школа передавала своим ученикам доктрину своего основателя, последователи такой школы могли в чем-то расходиться с его идеями, но всегда существовало «официальное учение школы. Это учение включало в себя не только метафизику, но также и логику, мораль, физику и другие науки. Наиболее фундаментальные знания сохранялись прежде всего для учеников, но проводились лекции и издавались работы и для обычной широкой публики. Эти школы часто вели полемику с нефилософами, с другими школами, а также с теми, кто покидал их общество. Члены каждой школы были объединены общими убеждениями, выполнением одних и тех же упражнений, одинаковым образом жизни и культом основателя - памятью о нем, а чаще, вероятно, легендами, которые о нем ходили, и его произведениями. Этим особенно отличались эпикурейцы: где бы ни образовалась их местная группа, они раз в месяц устраивали пир в честь основателя своего общества. В тех местах, где они имели обыкновение собираться или занимались упражнениями, всегда имелось его изображение, и те, кто приезжал в Грецию, никогда не пренебрегали возможностью посетить его дом и сад в пригороде Афин.
В каждой школе преподавался и практиковался определенный метод психической подготовки. Пифагорейцы, которые были связаны строгой дисциплиной и повиновением «мастеру», соблюдали строгие ограничения в диете, упражнялись в выработке самообладания (например, в период инициации соблюдался длительный период молчания), в способности запоминания и в заучивании наизусть отрывков. Они даже изучали математику, астрономию и музыку. Ученики Платона занимались совместными поисками истины, которая, как они ожидали, может возникнуть в беседах между учителем и учеником. Школа Аристотеля напоминала собой научно-исследовательский институт энциклопедического масштаба. Стоики и эпикурейцы придавали большое значение физическим упражнениям.88 Стоики учились контролировать свои эмоции и практиковались устно и в письменном виде в искусстве концентрации и медитирования, их метод был столетия спустя взят на вооружение Святым Игнатием Лойолой. Они выбирали заданную тему, например смерть, и упражняющийся должен был опровергнуть все ассоциируемые с ней устоявшиеся мнения, страхи и воспоминания. Другой практикой было упражнение в «утешении», которое представляло собой дружеские философские рассуждения с которыми адепт обращался к скорбящему лицу в устном или письменном виде. Эпикурейцы в своих медитациях избегали прямого столкновения со злом, они, скорее, предпочитали думать о прошедших и будущих радостях. Они также практиковали интенсивное запоминание набора афоризмов, которые они беспрестанно цитировали и вслух, и про себя. Не может быть сомнений, что такие практики оказывали некоторое психотерапевтическое воздействие на многих индивидов. Утверждается, что стоики проявляли определенные черты, которые можно обнаружить у последователей Адлера и современных экзистенциалистов, что некоторые особенности Академии Платона свойственны юнгианской школе, в то время как Эпикура, стремящегося устранить всякое беспокойство; сравнивают в этом отношении с Фрейдом.89
