сиях и обращениях против личности); об энергетически нагруженных представлениях; о саморазрушительных порывах в человеке; о происхождении совести и морали посредством обращения внутрь себя агрессивных побуждений; об обиде и невротическом чувстве вины; о происхождении цивилизации на фоне подавляемых инстинктов, не говоря уже о нападениях на современные нравы и религию513.
При перечислении источников в творчестве Фрейда следовало бы принять в расчет также его пациентов и учеников. Примеры таких источников, приведенные в предыдущих частях этой книги, иллюстрируют роль пациентов в истории динамической психиатрии. Фрейд многому научился у некоторых из своих пациентов. Одна из них, Элизабет фон Р., предложила ему процедуру свободной ассоциации. Сколь много других предложений он получил от своих пациентов, остается неизвестным. Но по крайней мере один человек играл важную роль образцового пациента, от которого Фрейд узнал очень многое (как Жане от Мадлен). Этот пациент приобрел известность под именем Человек-Волк. История вкратце такова:
Двадцатитрехлетний молодой человек прибыл в Вену в начале 1910 года и начал аналитическое лечение у Фрейда. Сын богатого русского землевладельца, он был интеллигентным, откровенным, добросердечным человеком, но столь чрезвычайно страдал от абулии (патологического безволия), что не мог завершить никакое дело в своей жизни. На самом деле в России этот случай не выглядел такой уж диковиной, как в других странах Европы; это была точная картина того состояния, которое в России называлось обломовщиной514, обычное состояние сыновей богатых землевладельцев, проводивших жизнь в праздности и безделье. Пациента прозвали Волком из-за ужасающего сновидения о волках, приснившегося ему, когда ему было три с половиной года. Вследствие его необычайно пассивного отношения к ситуациям, требующим размышлений, и ко всей жизни, в течение четырех лет лечения не наблюдалось никакого прогресса. Затем Фрейд установил срок окончания лечения и объявил, что оно будет прекращено в июне 1914 года. Это решение принесло быстрое улучшение, и пациент получил возможность вернуться в Россию. Его болезнь представляла огромный интерес для Фрейда из-за выявленного материала, часть которого подтверждала собственные идеи Фрейда и противоречила идеям Адлера и Юнга. Но некоторые материалы оказались совершенно новыми и казались ему почти невероятными. В 1918 году Фрейд опубликовал краткое изложение случая, затем расширил его в следующем издании, но никогда так и не представил историю полностью515. Когда Человек-Волк бежал в Вену, потеряв все состояние в большевистской революции, Фрейд в течение нескольких месяцев анализировал его бесплатно и организовал подписку для сбора средств, чтобы этот человек с женой мог жить в Вене и позднее пользоваться дополнительным психоаналитическим лечением у госпожи Руфи Мак
- 174 —
Брунсвик516. Человек-Волк стал хорошо известной личностью в психоаналитических кругах и своего рода экспертом в психоаналитических проблемах. Несомненно, он сыграл значительную роль в эволюции Фрейда к «метапси-хологии», а также помогал ему понять явление контрпереноса.
Другой проблемой, нуждающейся в прояснении, является влияние учеников Фрейда на мышление их учителя. Известно, что Фрейд почерпнул много идей у Штекеля, Адлера, Ференци, Абрахама, Ранка, Зильберера, Пфистера, Юнга и других. Отдельные психологи настаивали на том, что в 1908 году Адлер предложил концепцию первостепен-ности агрессивного стремления, которую Фрейд отвергал, но потом воспринял в другой форме в 1920 году; он также перенял у Адлера понятия слияния влечений (drives) (которые зародились у Ницше). Юнг ввел в психоанализ термины «комплекс» и «имаго», подчеркивая идею отождествления маленького мальчика с отцом, что стимулировало интерес Фрейда к изучению мифов, а также способствовало учреждению обязательного обучения анализу будущего психоаналитика. В действительности практически невозможно выделить ту роль, которую играют ученики в формировании идей учителя. Дело не только в том, что ученики вносят новые идеи; их особые интересы, их вопросы и сомнение, вызванное противоречиями с мнениями учителя, — все это находится за пределами любой полной оценки их вкладов в формирование новых идей учителя.
