«В Индии,— говорит Хейвелл,— религия не столько догма, сколько рабочая гипотеза поведения человека, приспособленная к различным ступеням духовного развития и к различным условиям жизни». В древние времена, когда впервые сложилась индо-арийская культура, религия должна была удовлетворить запросы людей, в высшей степени отличных друг от друга ио уровню культуры и по интеллектуальному и духовному развитию. Наряду с первобытными обитателями лесов, фетишистами, тотемистами и людьми, проникнутыми всевозможными суевериями, имелись люди, которым был свойственен высокий полет мысли. Кроме того, существовали самые различные оттенки верований и культов. В то время как некоторые овладели высшими формами мышления, большинству они были совершенно недоступны. По мере развития общественной жизни распространилось некоторое единообразие в верованиях, но и при этом сохранилось много различий, связанных с культурным уровнем и темпераментом. Индо-арийский принцип не допускал насильственного подавления какого бы то ни было верования или запрещения того или иного вида культа. Каждой группе была предоставлена возможность выработать себе идеалы по своему усмотрению, в соответствии с уровнем своего умственного развития и знаний. Попытки ассимиляции не сопровождались ни наложением запрета, ни принуждением.
Подобная и даже еще более сложная проблема возникла в области общественной организации. Как сочетать эти коренным образом отличающиеся друг от друга группы в одной общественной системе с тем, чтобы каждая группа участвовала в общей жизни и в то же время сохраняла свободу жить самостоятельно и развиваться? В некотором смысле (правда, такое сравнение несколько искусственно) это напоминает многочисленные современные проблемы национальных меньшинств, которые тревожат так много стран и которые все еще далеки от разрешения. Соединенные Штаты Америки более или менее разрешают проблему меньшинств, стремясь сделать каждого гражданина стопроцентным американцем. Они подгоняют всех под один тип. Другие страны, имеющие более длительную и более сложную историю, находятся в менее благоприятном положении. Даже Канада имеет многочисленную группу французского населения, сохранившую свои национальные черты, религию и язык. В Европе различия еще сильнее и глубже. И тем не менее все сказанное относится только к европейцам или к выходцам из Европы, к людям, имеющим какую-то общность происхождения и культуры. Что касается не-европейцев — их положение особое. В Соединенных Штатах негры, хотя бы они были стопроцентными американцами, являются особой расой, лишенной многих привилегий и возможностей, которыми другие безоговорочно пользуются. Можно привести множество еще более вопиющих примеров из жизни других стран. Говорят, что только Советская Россия разрешила национальную проблему и проблему национальных меньшинств, создав то, что называется многонациональным государством.
Если эти трудности и проблемы преследуют нас даже сегодня, при всех наших познаниях и прогрессе, то насколько сложнее они были в древние времена, когда индо-арии создавали свою цивилизацию и свой общественный строй в стране, населенной людьми разных племен и различного типа. Обычный способ разрешения таких проблем в то время и позднее заключался в истреблении или порабощении населения завоеванных земель. В Индии это не имело места, но ясно, что были приняты все меры для сохранения господствующего положения высших групп общества. После того как такое превосходство было обеспечено, образовалось своего рода многообщинное государство, в котором в определенных рамках и при условии соблюдения некоторых общих правил каждая группа могла свободно заниматься своими делами и жить своей собственной жизнью в соответствии со своими обычаями и желаниями. Единственное существенное ограничение заключалось в недопущении вмешательства одной группы в дела другой или столкновения между ними. Это была гибкая система, способная к дальнейшему развитию, так как всегда могли возникать новые группы — либо из новых пришельцев, либо из лиц, отколовшихся от старых групп, при условии, что их численность была для этого достаточной. В каждой группе царили равенство и демократия, она управлялась выборными руководителями, которые нередко обращались за советом ко всей группе, когда возникали важные вопросы.
