Самому Одину руны открылись, когда он висел вверх тормашками. Да мало что померещиться от прилива крови к голове. Ну не могли же они в своих мифах сочинить, что письменность им принесли боги-славяне. Руны становятся оберегом. Поэтому, сам факт использования знаков руницы как оберегов и применение её в магии говорит о том, что германо-скандинавские племена массовой грамотностью не обладали. Да и сами подумайте, люди в Норвегии или в Исландии, которые практически не покидали своих деревень, кому бы они послания писали. Если что-то нужно было сообщить родственнику с другой стороны хутора, то все одно пришлось бы чапать ногами. И письмо тут уж совсем ни к чему. А детям головы забивать ерундой, когда их нужно было учить охоте и рыбалке, так и совсем было незачем. А что касается того, что славяне гадали на рунах, если вообще вопрос о славянских рунах до конца не закрыт, то откуда сведения как они на них гадали? Магическое же использование рун у германо-скандинавов известно из Эдды и саг.
Не позже 863 г. (времени знаменитого путешествия св. Кирилла в Корсунь, после чего он взялся за изобретение алфавита), в языках славян и прибалтов уже имелся древнейший, устойчивый и совершенно определенный термин "книга". Удивляет здесь только то, что наши отдаленные предки не использовали с этой целью лексику ближайших культурных народов, которая им, конечно, была знакома: "библио", "манускрипт", "хартия (харатьи с Византией подписывал Олег)", а предпочли словообразование от праславянского "кнети", то есть "знать" (Украинское слово – кметливий, что значит сообразительный). Впрочем, упомянутые термины активно применялись и применяются в качестве синонимов. Ученые убедительно доказывают родство русского слова "книга" с понятиями, означавшими знание вообще. Выделение его в самостоятельный семасиологический ряд произошло, очевидно, в первобытную эпоху. По английски книга – "бук", по немецки – "бух".
И тут в мозги прямо шлёпает: "букварь", "буква". То есть, на германских языках книга – укороченное слово "букварь"! Не источник знания, а нечто с буквами. И узнали они понятие "книга" у славян. Правда этимологи пишут, что буква происходит от слова "бук". Слово немецкого происхождения, потому что писали на дощечках из бука. Отмечается, что слово это старославянское. То есть, оно было уже тогда, когда на территории нынешней Германии жили Ободриты, Руги, лужецкие Сербы, Венды. Языки тогда были более схожи, чем сейчас. А потому немецкое слово "бухе" (Buche) близко по звучанию со славянским "бук". Слово "буква" по немецки сейчас: Buchstabe. То есть значок из книги. Слово производное от "Книга" и, следовательно, оригинального слова со значением "буква" немцы не знают. А у англичан так и вообще "letter". По английски "бук" – "beech". То есть связь бука с книгой весьма сомнительна.
И здесь ещё раз просматривается какой-то болезненный настрой нашей культурной элиты. Историки ли это, лингвисты ли. Корни любого объекта русской или славянской культуры они будут искать в первую очередь у немцев. Скажи им – «лапоть», и они немедленно бросятся к немцам искать хоть какую-то зацепку, чтобы вывести это слово от немцев.
Вот и Берлин они выводят от немецкого слова «бер», что значит медведь. Такое слово «Ваг» у немцев действительно есть. Но русскому человеку не мешало бы вспомнить, что это и славянское слово. Вспомните «берлога», то есть «лог (лежбище) бера». Медведь зверь опасный. Его боялись и старались называть иносказательно – «ведающий мёд», что бы не накликать беду. Кроме того, Берлин стоит на земле западных славян, по– рабощённых тевтонами. Так что немецкое слово «Берлин» (Сравните: тёткин, петькин, кошкин. То же и берлин – нечто принадлежащее беру), или славянское – это ещё вопрос.
Ну а о том, что без грамотного населения Руси нельзя было организовать походы Олега, Игоря и Святослава я уже упоминал. Вопрос в другом, почему не сохранились образцы славянской письменности. О том, что за тысячу лет просто всё превратилось в труху сказать мало. Почему не переписывали, не сохранялось тоже понятно. Ни князьям, ни церкви это нужно не было. Быстрее наоборот. В дощечках с непонятными надписями церковники видели только нечто бесовское. И с фанатическим рвением уничтожали всё, что было связано с прошлым Руси до крещения. В каждом городе, селе, хуторе разыскивались предметы славянской религии, спрятанные в лесах храмы, запрещались любые обычаи, связанные с уничтожаемой верой. И только как сенсация была находка "Велесовой книги", которую и подделкой признать трудно, но и в реальность её трудно поверить.
