Хоть и порядком поредевшие, все еще продолжали держаться окруженные плотным кольцом врагов остатки 11-й стрелковой бригады вермахта. Прорываться они больше не пытались. Зарылись поглубже в землю и держали оборону, надеясь на скорый встречный прорыв товарищей. Командование по радио их обнадеживало и приказывало беспощадно драться и терпеливо ждать. Из-за близости британских истребителей, большая часть транспортных самолетов, посланных в светлое время суток для снабжения группировки боеприпасами и продовольствием с помощью парашютных контейнеров, благополучно сбивалась. Не помогало даже прикрытие «мессершмиттами». Пришлось транспортникам вылетать ночью, ориентируясь на зажженные в местах выброски грузов в определенном порядке костры. Датчане и британцы ситуацию быстро раскусили, и уже на следующую ночь на немецкие костры с неба вместо контейнеров на парашютах посыпались английские бомбы, а идентично им расположенные костры по соседству, как мошек на огонь, привлекли к себе германские Ю-52. И приземлялись гостинцы в контейнерах совсем ни к тем, кому предназначались. Союзники окруженных немцев не атаковали. Зачем? Безнаказанно бомбить, издали обстреливать гаубицами и минометами — гораздо безопаснее. Время работало на них: немцы все реже стреляли в ответ и, должно быть, не доедали.
15 апреля, пробыв неделю в окружении и разуверившись в скорой помощи от завязшего южнее вермахта, остатки 11-й бригады капитулировали. Щадя арийскую гордость, в плен их брали, чуть ли не оказывая воинские почести. Особенно старших офицеров. На территории Датского королевства их решили не держать, тем более что не было подготовленных для этого мест, трудно всех накормить и охранять. Пленных прогнали пешим маршем (раненым и старшим офицерам предоставили повозки) до западного побережья, ночью погрузили на транспорты, возвращающиеся в Британию, вместе с собственными ранеными и вывезли на берега Туманного Альбиона.
Разбушевавшийся от такой позорной капитуляции фюрер германской нации не совсем логично приказал Герингу возобновить бомбежки датских городов. Особенно Копенгагена. Геринг с ним спорил: бомбардировщики ему требовались на фронте против союзных войск, их не хватало, самолеты не успевали вылетать на все заявки для поддержки сухопутных частей. Но Гитлер был непреклонен и крайне взбешен. И снова, как в первый день агрессии, безжалостно и разрушительно посыпались фугасные и зажигательные бомбы на мирные жилые кварталы.
В этот же день к союзникам прибыло очередное пополнение. Некрупное, но довольно значимое. Особенно в долговременном политическом аспекте. Из шведского порта Гётеборг в датский порт Фредериксхавн прибыл обыкновенный пассажирский пароход. Но вместо пассажиров солидно и гордо сошли на берег финские добровольцы, сведенные в полнокровный армейский батальон. Финское правительство в этом мероприятии официально не участвовало, но большинство добровольцев почему-то оказались кадровыми финскими военнослужащими или резервистами. Так уж совпало. Изъявили горячее желание сразиться с бесчеловечным германским нацизмом на датской территории (как еще недавно в Испании) и множество сугубо гражданских лиц, особенно молодых. Но их, романтично рвущихся в бой с несправедливостью и совершенно не умеющих воевать, решили не посылать по-глупому на верную смерть, а сперва обучить. Для чего просто призвали в финскую армию.
Добровольцы были в гражданской одежде, но несли на себе армейскую финскую амуницию, а на ремнях за плечами свое же стрелковое оружие (7,62-мм винтовки Мосина и 9-мм пистолеты-пулеметы «Суоми»). Что интересно, ручные пулеметчики в каждом отделении были вооружены советскими ручными пулеметами Дегтярева, недавно по очень выгодной цене приобретенными Финляндией на замену своим «лахти-салорантам». Обмундировать их должны были в датскую форму с пришитыми бело-синими шевронами цвета родного флага.
В качестве противотанковых средств батальона пароходные краны аккуратно сгружали на причал трехбатарейный дивизион шведских 37-мм «бофорсов» вместе с передками и штабелями снарядных ящиков. Это добро предоставила нейтральная Швеция. Якобы в кредит. И, что старались не афишировать, артиллерийские расчеты при пушках тоже были шведскими. Тоже из добровольцев. И тоже кадровых военнослужащих.
Не зря были потрачены неприметными личностями значительные суммы финских марок и шведских крон на средства массовой информации, освещавшие в правильном русле все ужасы бомбежек датских городов и подлость германского вторжения в нейтральные скандинавские страны. Ох, не зря…
