— Интересно, а как эти мятежные хитрецы узнали, что следует делать, куда идти, кого обманывать? — ядовито поинтересовался Шуль. — Кто-то должен был рассказать о раз и навсегда установленных порядках во Дворце.
Далбиша помрачнела и, задумчиво постучав рукояткой трости по щеке, произнесла:
— А, пожалуй, в его словах есть некоторый смысл.
— Леди Далбиша, — призвал к благоразумию коллегу Лорд Сулибаи, — не слушайте вы эту чушь!
— Разве это такая уж чушь? — посмотрела на него Леди Далбиша. — Лорд Шуль, может быть, и дурак — я оставляю за собой свою точку зрения по этой проблеме, — но сейчас он задал толковый вопрос: откуда врагам стали известны подробности дворцовой жизни?
— Какой же это секрет? — развел руками Сулибаи. — Ведь дворцовые порядки прекрасно ведомы любому солдату. Разве не так?
— Проклятье! — вскричал Дабос, стукнув кулаком по столу. — Неужели все так просто? Я не знаю, кому верить? Могу сказать лишь одно: лично я всегда стоял в стороне от дворцовой рутины.
— Если они даже и выведали наши секреты, — вступил в дискуссию Лорд Горнир, — то это не обязательно означает измену. Разве не могли наши враги прибегнуть для этой цели к магическим средствам? Нам известно, что вождь мятежников является чародеем. Вполне вероятно, он наблюдал за нашими действиями и слушал наши беседы издали.
— Насколько мне известно, на это способна лишь традиционная магия. Колдун же, по-моему, использует Новую Магию, — сказал Дабос.
Все взоры обратились к Апирису.
— Мы не знаем, что он использует, — ответил Верховный Жрец.
— А нельзя ли это выяснить? — пролаял Лорд Грауш.
— Вы уже выдвигали требования нашим магам, чтобы они помогали Генералу Балинусу в восстановлении порядка в восточных провинциях и содействовали Лорду Кадану в формировании и снабжении самой большой за последние двести лет армии… Если учесть, что жрецов никто не освобождал от повседневных обязанностей в храмах и от служения обществу, то у них не остается и минуты на…
— К дьяволу их служение обществу! — взревел Лорд Грауш. — Вы хотите нам сказать, что они, как в мирное время, тратят силы на личные послания и приворотные заговоры, ублажая влюбленных?
Апирис, не скрывая изумления, уставился на Лорда.
— Естественно, — подтвердил он. — Неужели вы полагаете, что у храмов есть иной способ сбора средств?
На какое-то время все присутствующие лишились дара речи. Одни бросали на Апириса исполненные ярости взоры, другие смущенно отводили глаза, а иные сочувственно улыбались. Сам же Апирис, похоже, ничего не понимал.
— Ваше Высочество, — нарушил молчание Лорд Грауш, — не могли бы вы сказать этому… этому жрецу, что… что… О-о-о… Кровь и смерть!
— Успокойтесь, Советник, — произнес Гранзер и обратился к Апирису:
— Мне кажется, если Имперское Казначейство может экипировать и содержать армию, оно вполне способно прокормить и жрецов. Магов следует употребить с наибольшей пользой, а ваши клиенты, надеюсь, подождут разгрома мятежников.
— Но, Ваше Высочество… — запротестовал Апирис.
Принц Гранзер остановил его, воздев длань.
— Если мы не сумеем вас прокормить, то, очевидно, придется продать кое-какие сокровища храмов. Вы, Апирис, судя по всему, не способны оценить всей сложности нашего положения. Я не исключаю, что вы ждете, когда боги известят вас о возможности поступать экстраординарно. Однако поделитесь, когда в последний раз боги или их оракулы вам что-либо советовали?
— Шестнадцать лет назад, — пробормотал, опустив глаза, Верховный Жрец.
— Не настало ли в таком случае время, чтобы начать прислушиваться к кому-то другому? — поинтересовался Лорд Шуль. — Или вы поступаете так намеренно?
Апирис поднял на него глаза и в изумлении переспросил:
— Намеренно?
Шуль, не отвечая Жрецу, обратился к Принцу:
— Ваше Высочество, хотя на первый взгляд мысль, что мы больше не можем доверять представителю богов на земле под Сотней Лун кажется кощунственной, я нижайше просил бы вас не отбрасывать такую возможность. По его собственному признанию, Апирис делал для нашей победы над врагом как можно меньше…
— Я этого не говорил! — завопил Апирис.
Гранзер поднял руку и, взглянув на Лорда Шуля, приказал:
— Продолжайте!
Принц не думал, что Шуль прав, обвиняя Апириса в измене, но ему хотелось выслушать до конца доводы Лорда, чтобы самому затем судить, насколько они обоснованны.
