Ремонт в служебной квартире, новая мебель и оборудование бойцовского зала влетели мне в копеечку. Жаль, конечно, оставлять все это не пойми кому, но что поделаешь, как пришло так и ушло. Я и в прошлой жизни не очень умел копить и откладывать на «черный день», но умел зарабатывать, поэтому без денег никогда не сидел. Я себе и здесь еще заработаю, благо руки растут из того места и голова работает, а самое главное, у меня есть знания того, что будет впереди, и я смогу это весьма неплохо монетизировать когда наступить время. Теперь нужно решить что делать с оставшимися деньгами. Надо бы и их аккуратно, не привлекая внимания, перевести в золотые десятки или что-то подобное. Абрамыч вообще-то голова. В свете скорых предстоящих изменений в стране, держать деньги в золоте или в ликвидном товаре, гораздо надежнее чем в «резаной бумаге». Ладно, все это дела недалекого, но будущего, а сейчас, ближайший вопрос, это разрулить возникший разлад с Верочкой. Правду я ей рассказать по любому не смогу, так что, придется до вечера придумать что-то убедительное.
В шесть вечера я встретил Верочку у ворот конторы. В руках у меня был только что купленный свежий тортик. Я был по модному одет и благоухал приличным одеколоном «Коммандор» выпущенным на рижской фабрике «Дзинтарс». Конечно, это не «Maurer and Wirtz Tabac», который я любил когда-то, но тоже весьма неплохо по нынешним то временам.
— Привет! — Я с улыбкой к подошел девушке. — Не соблаговолит ли прекрасная дама выпить чаю с вкуснейшим тортиком в компании обаятельного и скромного юноши?
— Соблаговолит, если наглый и совсем нескромный юноша объяснит свое исчезновение, — не полезла за словом в карман Верочка.
— А давай мы вместе пойдем по направлению к уединенной обители бедного юноши, и я по дороге объясню тебе все, что ты захочешь, — преувеличенно покаянно склонил голову я.
— Ладно, пойдем кавалер, — не выдержав улыбнулась Верочка и пристроилась рядом взяв меня под руку. — Только ты мне все изложишь подробно, где был и что делал. В конторе говорят, что тебя искал милиция и Виктор Семенович на тебя очень злился.
— Да ничего такого не было, — начал я излагать свою легенду. — Я же тебе говорил, что на выходных поеду на дачу к своему приятелю с тренировок на день рождения.
— Ну да, — кивнула Верочка. — Поехал на день и пропал с концами, даже на работе не появлялся. Я несколько раз забегала к тебе домой, потому что сильно волновалась, вдруг с тобой что-то плохое случилось.
— Да там такое дело произошло, на дачу приятеля налетели какие-то бандиты и нас всех ограбили. А потом еще держали в заложниках, пока нас милиция не освободила. — Спокойно без улыбки сказал я.
— Это что, какой-то розыгрыш? — Даже притормозила Вера с удивлением смотря на меня, — Ты сейчас смеешься надо мной что-ли?
— Да нет, же это не розыгрыш. — Честно смотрю ей в глаза, — Все так и было. На дачу действительно напали бандиты и нас держали в заложниках. А потом меня еще несколько дней проверяли органы, вдруг я сообщник этих бандитов.
— Ты сообщник? Да не смеши меня! — Скептически фыркнула Верочка.
— Вот и я о том же, — соглашаясь с ней кивнул я.
Я в принципе ни в чем Верочке не соврал. Да немного умолчал, не конкретизировал пол приятеля, у которого был день рождения. Ну и с нападением на дачу, не все рассказал. Но я и не мог, даже если бы и захотел, так как давал подписку о неразглашении. В общем, я очень аккуратно изложил совершенно ошарашенной моим рассказом девушке, свою лайт версию событий, где я был просто одним из заложников, а потом подозреваемым, потому что искали соучастников этих бандитов и по началу не разобрались и подумали на меня. В глазах Верочки плескалось любопытство, пополам с недоверием. Она засыпала меня кучей вопросов, и я как мог на них отвечал. Наконец мы почти подошли к моему дому и тут я увидел, как из черной «волги» Бориса, стоявшей у тротуара выскакивают Таня и Вика, а за ними и Боря, Славик и Ванька и все вместе они несутся ко мне с криками
— Юрка! Чертяка!
— Юрочка!
— Сенсей.
Девчонки пищат, обнимают и целуют меня во внезапно заалевшие щеки. От такого напора я даже растерялся. Мне что-то говорят все разом, хлопают по плечам, по дружески тычут кулаком в бок, а я стою ошалевший с тортиком в руках и от нахлынувших на меня чувств не могу сказать ни слова. Когда я, наконец, пришел в себя и опомнившись оглянулся, то не увидел нигде Веры. Вот же ж блин, я снова попал. Увидев Таню и Вику, и то как они меня целовали и обнимали, она наверное невесть что себе вообразила и обидевшись ушла. А с другой стороны, что она могла подумать в такой ситуации? Мда-а. Нехорошо, однако, получилось, но сейчас мотаться в поисках обиженной девушки по дворам, а потом объясняться с ней на глазах у ребят будет очень глупо. Ладно, завтра ей все объясню. Или не объясню, как тут выпутаться ума не приложу.
— Идем ко мне домой пить чай, — заявляю я, поднимая под восторженные выкрики торт повыше. Ну хоть он не пропадет, такой компанией мы его быстро приговорим.
