– Если вы читали мое личное дело, вы, получается, и «непристойное» видео посмотрели?
Грант кашлянул и ответил с невозмутимой миной:
– Я же должен был понять, с чем я имею дело.
Секунду я изучала его лицо. Гранту явно стало неловко от направления, которое принял разговор, и я немедленно начала копать в этом направлении. Я подалась к нему и задушевно поинтересовалась:
– Вы пересматривали видео несколько раз?
Положение спас зазвонивший у него мобильный.
– Простите, я должен ответить, – заторопился Грант и провел по экрану пальцем. – Что случилось?
В трубке слышался женский голос, но я не могла разобрать слова.
– И давно он ушел?
Женщина заговорила громче. Она явно была расстроена.
– Ладно, я близко от вас… Никуда не ходи, я его сам найду.
Грант подался вперед и сказал водителю:
– Съезжай с шоссе на следующем повороте, потом направо на Кросс-бей и левый поворот на Синглтон.
– Да, сэр.
Грант прерывисто выдохнул.
– Простите, нам придется немного задержаться.
– Что случилось?
Грант покачал головой.
– У моего деда деменция на ранней стадии, он начал уходить из дому. Бабушка с ним не справляется, но нам помочь не позволяет. Чувствую, дождемся мы событий… За два месяца уже третий раз дед пропал.
– Сочувствую. Да, это проблема.
– Этого бы не случилось, если бы они позволили установить систему сигнализации. На днях к ним приходил мастер, но старики даже не дают установить датчик, чтобы бабушка проснулась, если входная дверь откроется, когда она спит!
Водитель съехал с шоссе и вскоре свернул на Синглтон. За окном проплывали частные дома с бескрайними газонами. Грант подсказывал дорогу и вскоре попросил водителя сбросить скорость и включить фары.
– Вон их дом. Дед обычно уходит по известному маршруту: в конце дороги сворачивает влево, потом сразу вправо и так извилистой дорожкой спускается к воде.
– Вы так хорошо знаете, где он бродит? – удивилась я.
Грант ответил, вглядываясь в темноту за окном:
– А он всегда идет в одно и то же место.
Спустя несколько минут я заметила на обочине двигавшуюся тень.
– Вон-вон-вон! – указала я. – Кто-то идет.
Грант шумно выдохнул.
– Дед.
Он попросил водителя тихо подъехать к идущему и выскочил из лимузина прежде, чем машина затормозила.
Я наблюдала за встречей через лобовое стекло. Дед Гранта, растрепанный, в коричневом махровом халате и тапочках, растерянно озирался по сторонам при виде включенных фар, но его лицо просияло, когда он прикрыл глаза от света и разглядел, кто к нему идет. Широко расставив руки, старик ждал, когда к нему в объятия придет расстроенный внук в смокинге.
Я невольно улыбнулась, когда они крепко обнялись, потом поговорили с минуту, и Грант повел старика в лимузин.
Лексингтон-старший приветливо улыбнулся мне, устраиваясь на сиденье:
– Какая ты хорошенькая!
Грант, усевшись, захлопнул дверцу, бросив:
– Не поддавайтесь его чарам, он старый ловелас.
Дед Гранта захохотал и подмигнул мне.
– А при чем тут возраст?
– Дед, ты давай завязывай с исчезновениями. Уже почти полночь.
– Мне хотелось повидать Лейлани.
– Ночью?
– Мужчине нужно повидать свою девочку тогда, когда ему нужно.
Грант вздохнул.
– Давай так: сейчас будет тебе Лейлани, но завтра ты позволишь мне установить у вас сигнализацию. Бабушка места себе не находит, когда ты пропадаешь.
Старик сложил руки на груди, как маленький мальчишка, которому сказали, что он не получит десерта, пока не доест овощи.
– Да пожалуйста!
Грант пригладил волосы и повернулся ко мне.
– Вы не против, если мы еще кое-куда заедем? Это по дороге, тут рядом.
– Конечно. Едемте, куда вам нужно.
– Спасибо, – и Грант наклонился к водителю: – Пожалуйста, в гавань Каставэй.
Айрленд
Лейлани оказалась не женщиной, а яхтой.
Роскошной парусной яхтой.
Грант помог деду взойти на борт и подал руку мне.
Я поблагодарила и ступила на дек. Дед Гранта сразу ушел в каюту.
– Он сейчас поставит Фрэнка Синатру. Он может забыть свою жену, забыть, куда шел, но еще ни разу не забывал ни яхту, ни Фрэнка.
Я оглядывала комфортную зону отдыха на задней палубе.
– Понятно почему. Яхта просто изумительная.
– Спасибо. Дед ее построил почти шестьдесят лет назад и подарил мне на совершеннолетие.
– Ничего себе!
– Она своего рода первая ласточка – задумывалась как образец, чтобы принимать заказы. На раскрутку дед занял деньги у «акулы» – подпольного ростовщика, который переломал бы ноги любому несостоятельному должнику. Но первый же показ яхты на выставке маломерных судов принес деду заказов на сто лет вперед. – Грант засмеялся. – Теперь у «акульего» внука яхта последней модели, а с самим «акулой» дед играет в карты, навещая его в доме престарелых…
Я поглядела на логотип на борту.
– До меня только сейчас дошло, что «Лексингтон крафт» принадлежит вашей семье. Я мало знаю о яхтах, но ваши просто красавицы, их часто снимают в кино…
Грант покачал головой.
