Но когда она повернулась, я увидел, что она баюкает пустое одеяло.
Ледяной холод пробежал от темени по спине и врезался иглами в пальцы ног.
– Лили, где наша Лейлани?
Она затряслась в рыданиях.
Мой голос неудержимо шел вверх:
– Лили, что происходит, блин, где дочка?
Я обежал заднюю палубу, вернулся к жене, схватил ее повыше локтей и затряс:
– Где она, черт возьми? Отвечай, где она?!
Лили отвернулась к воде.
– Ее нет.
Айрленд
Иногда до полного изнеможения долбишь каменную стену – прогресса ноль, а порой вынешь один кирпич, и вся преграда начинает рушиться. Лейлани была кирпичом, на котором держалась стена вокруг Гранта. Все изменилось на рассвете того ненастного дня – внешне осталось как прежде, но отношение стало совсем другим.
Проснувшись, Грант отвез меня домой, объяснив, что ему нужно поделать кое-какие дела, но попросил меня собрать сумку с вещами для ночевки и быть готовой, когда он вернется через несколько часов. К моему удивлению, Грант отвез меня в центр города, в свой кондоминиум, располагавшийся в фешенебельном небоскребе недалеко от океана, со швейцаром и постом охраны.
Охранник в форме приветливо кивнул при нашем появлении:
– Обе ваши доставки прибыли, бригада только что ушла, мистер Лексингтон.
– Спасибо, Фред.
Дождавшись, пока за нами закрылись дверцы лифта, я спросила:
– У тебя есть бригада?
Грант засмеялся, переплетя пальцы с моими.
– Увидишь.
Он провел картой по щели на панели лифта и нажал кнопку ПХ.
– Пентхаус?! Ну ты даешь! Что ж ты умолчал, что твой порнодворец – в пентхаусе! Может, я и не привередничала бы насчет приезда.
Грант приподнял бровь:
– Почему порнодворец?
– Потому что звучит приличнее, чем траходром.
Грант прижал меня к себе и поцеловал в макушку.
– Вообще-то я рад, что ты отказывалась сюда приходить.
– Вот как? Тогда почему мы здесь?
– Увидишь.
Лифт приехал на четырнадцатый этаж и открылся в бескрайний холл, где первым в глаза бросился круглый мраморный стол. Я огляделась. Квартира была огромной. Справа находилась ультрасовременная кухня нержавеющей стали, а несколько ступенек вели в гостиную, словно бы утопленную в пол и окруженную целой стеной панорамных окон, за которыми открывался вид на океан. Я невольно пошла сразу к стеклянной стене.
– Господи, какая красота! А я отчего-то представляла себе что-нибудь темное, потертое… Хотя вообще знаю, отчего. Из-за целей, которым служила эта квартира.
Грант подошел ко мне сзади и обнял за талию.
– Акцент на прошедшее время – служила.
Я обернулась в кольце его рук и обняла за шею.
– Ты хочешь сказать, что решил отныне не использовать этот прекрасный пентхаус для сексуальных утех? Это очень и очень жаль.
– Отчего же, я планирую тут много трахаться. Начну с того, как нагну тебя и заставлю упереться руками в стекло – это будет совсем скоро. Просто теперь эта квартира станет куда эксклюзивнее.
– Для особо престижных случайных связей? – не удержалась я.
Большим пальцем Грант поглаживал мою нижнюю губу, не сводя с нее глаз.
– Только с тобой, красотка.
От нежности в его голосе затрепетало сердце. После утреннего разговора меня переполняли эмоции – мне даже казалось, будто я слегка задыхаюсь. Грант что-то прочел в моем лице и улыбнулся, коснувшись моих губ.
– Пойдем, я покажу тебе обстановку.
Мы шли по длинному коридору, и Грант открывал каждую дверь, объявляя, но не заходя внутрь:
– Кабинет.
– Гостевая спальня.
– Ванная.
Оставалась последняя дверь слева, когда Грант взял меня за руку и привел в, как оказалось, главную спальню. Там тоже были панорамные окна, красивый камин и двуспальная кровать в центре. Как и во всем пентхаусе, украшений тут было мало, но то, что имелось, выглядело изящным и дорогим.
Грант опустился на кровать и потянул меня к себе на колени.
– Матрац совершенно новый, сегодня доставили.
– А что случилось со старым?
Он посмотрел мне в глаза, и от его взгляда в груди стало горячо.
– Он помнил семь лет того, чего я уже не исправлю.
Возведенный им самим крепостной вал продолжал рушиться.
– Предусмотрительно, – похвалила я, гладя его по щеке.
– Давай вместе выберем сюда новое белье – и проверим кровать на прочность.
Я улыбнулась.
– Вы бы поостереглись, мистер Лексингтон. Покупаете новый матрац, ведете меня в магазин – девушка может привыкнуть к такой заботе.
Грант посмотрел на меня так, как не смотрел раньше. Что-то изменилось, и от этого сердце билось чаще. Я долго откладывала принятие решения в надежде, что все произойдет само собой, и вдруг поняла – уже произошло, я полюбила Гранта.
– Привыкай, Айрленд, ты этого заслуживаешь.
Я влюблялась все сильнее, буквально тонула в этой любви.
Чувствуя, как превращаюсь в подтаявшую кашу, я испугалась окончательно потерять голову и поспешила сменить тон.
– Раз мы будем выбирать постельное белье, может, и декор какой-нибудь заодно подберем? Квартира чудесная, но пустовата и… безликая, что ли. Ей требуется домашнее тепло.
– Все, что захочешь.
Я поцеловала Гранта, вскочила и потащила его из спальни, по многим причинам не решаясь сидеть с этим мужчиной на широкой кровати. Проходя гостиную, я заметила ярлык на диване.
– Ты и диван новый купил?
