Скальпель коснулся кожи и заскользил вниз по шее, оставляя за собой алую полосу. Кровь тонкой струйкой стекала на обивку, но Селина этого не чувствовала. Видя ее спокойное лицо, Джейсон прислонился спиной к двери и, кажется, даже расслабился – расправил плечи и уперся затылком в стекло. Тейлор бормотала какие-то отвлекающие глупости, Гримм нервно барабанил пальцами по рулю, Сатир вглядывался в окно – нет ли преследования.
Промокнув кровь тампоном, Наталья взяла пинцет и, осторожно выудив чип, протянула его закрывшему глаза Джейсону:
– Я же говорила, что сделаю это быстро.
Реакции не последовало.
– Можно просыпаться, – улыбнулась Наталья, пошевелив его за плечо.
От легкого движения Джейсон стал медленно заваливаться на бок.
– Что случилось? – забыв о ране, Селина резко выпрямилась. По ее шее снова заструился алый ручеек. – Таша?
Наталья прощупала пульс и, не удовлетворившись результатом, расстегнула бронежилет. Сатир выругался, Тейлор испуганно втянула в себя воздух, а Селина закричала – футболка на груди Джейсона насквозь пропиталась кровью.
– Господи, нет! – Селина рванулась вперед, но ее удержал Трэнди-бой. – Пожалуйста, скажите, что он жив!
Я отогнула перекладину пластиковых жалюзи и посмотрела в окно. Солнце еще не взошло, но его первые лучи уже начали вытеснять ночную темноту. Сумрак отступал, и в утренней сиреневой дымке все четче виднелись контуры уходящего в море длинного деревянного настила, вдоль которого покачивались пришвартованные яхты и катера. Спокойную гладь залива и облака словно пропустили через розовый фильтр – не было ни единого мрачного оттенка, лишь нежные полутона. Нигде я не видела таких умиротворяющих рассветов, как в Канкуне.
За спиной тихо открылась дверь. Я обернулась, наблюдая за вошедшей медсестрой. Поймав на себе мой взгляд, она поздоровалась и двинулась к кровати, где лежал Джейсон. Его грудь медленно поднималась и опускалась в такт дыханию. Силиконовая маска с торчащей из нее трубкой скрывала половину лица, но даже несмотря на это, неестественная бледность кожи сразу бросалась в глаза. Селина сидела возле кровати и что-то тихо шептала по-русски. Звук ее голоса и мерный писк кардиомонитора за неделю стали привычным фоном. Первое время она не отпускала руку Джейсона и вызывала медсестру, стоило ему слегка пошевелиться, но врачи не спешили с успокаивающими прогнозами. «Кома» звучало как приговор. Джейсон не открывал глаза, не разговаривал и практически не реагировал на раздражители. Осталась только слабая реакция на боль – едва заметное подергивание пальцев.
Он приходил в себя лишь дважды. Первый раз по дороге в больницу Канска, второй – в ночь после операции, когда его перевозили в аэропорт. Ни я, ни Гримм не планировали помогать выжившим егерям, но Селина неожиданно предложила взамен то, от чего мы не смогли отказаться. Стоило ей убедиться, что Джейсон не погиб, а потерял сознание, она перестала биться в истерике. Помешав Наталье зашить разрез, Селина достала из кармана кофты жесткий диск:
– Давайте договоримся.
У меня засосало под ложечкой. Расклада, что база данных окажется у Селины, не ожидал никто – я видела это по растерянному выражению лица у Гримма.
– Вы же за этим приехали? – она протянула жесткий диск мне. – Забирайте.
Теперь уже опешила я. Неужели эта женщина не понимает, что в ее руках был единственный козырь?
– Ты что творишь? – взвился Сатир, но его никто не слушал.
– Пожалуйста, помогите нам. И я отдам две последние копии, которые вы сами никогда не найдете. – Селина переводила взгляд с меня на Гримма, ожидая ответа, и когда его не последовало, добавила: – Или сделаю так, что данные обнародуют.
Напрасно она начала угрожать – сенатор вряд ли согласится на сделку.
– Ваши файлы бесполезны, – подтвердил мою догадку Гримм. – Ни один из них не приведет напрямую к настоящему владельцу. А косвенные улики…
– К «Руну» – ни один, – перебила его Селина. – Но уверена – полицию заинтересует видео, где некто, назвавшийся Митчеллом Донованом, рассказывает о шоу «Следопыты».
Гримм изменился в лице. Меня кинуло в жар. Если слова не были блефом, сенатора ожидали серьезные проблемы.
– Не верю, – пробормотала я.
Эр Джей – профессионал и не мог так облажаться.
– Чего только не сделаешь, чтобы сохранить кости целыми, – ухмыльнулся Сатир. – И ради возможности получить спутниковый телефон.
– Ваши условия? – мрачно осведомился Гримм.
Он был зол, хоть и изображал хладнокровие.
– Сначала довезите нас до ближайшей больницы. – Селина посмотрела на Наталью и что-то спросила по-русски.
– Смогу, – кивнула та. – Поезжайте в Канск.
Вторая часть фразы относилась к Гримму.
– Напрасные хлопоты, – сквозь зубы процедил он, дергая рычаг коробки передач. Внедорожник резко тронулся с места. – Сенатор не будет подставляться, чтобы организовать перелет.
– Обойдемся, – пренебрежительно бросила Селина и снова отстранила от себя руку Натальи, пытавшейся обработать рану на шее. – Лесли, ты можешь позвонить…
– Забудь об этом, – покачал головой Сатир.
– Но у него единственного есть дипломатические привилегии.
– Психопат не согласится.
