Мария осудительно прижмурилась и пройдясь по одной дорожке, отошла в сторону, пропуская подругу.
Вернувшись на танцпол, Ксения и Мария оказались уже в совершенной иной атмосфере. Казалось, что людей стало больше, музыка громче, а свет ярче. И без того возбужденные сердца обеих забились еще чаще, просто идти было уже невозможно, хотелось двигаться только в танце.
Несколько минут девушки танцевали вместе, будто настраивая друг друга на нужную волну. Мария, покачивая бедрами в такт музыке, отходила все дальше от центра, пытаясь держаться поближе к большим диванам, где в одиночестве или небольшими группами выпивали суровые солидные мужчины. Двигая пышными формами в искусственном дыму, Мария смотрела на себя как будто со стороны и представляла, как ее тело выгибаясь в соблазнительных позах то пропадало, то снова появлялось от вспышек света. Танцуя она проводила ладонями по груди, талии, ягодицам, путалась в длинных, распущенных волосах, как будто подчеркивая те места, куда наблюдателям стоило обратить наибольшее внимание. Время от времени она бросала робкие кокетливые взгляды в нужном, как ей казалось, направлении, достаточно протяжные, чтобы ясно дать понять о своих намерениях, но и не слишком настойчивые, чтобы не приуменьшить своей ценности. Вот-вот и под действием завлекающих движений вынырнет из рюмки и устремится на нее один из ленивых, надменных взглядов, а следом за взглядом и все остальное. Танцуя, Мария чувствовала, как с усилением биения сердца, усиливалось чувство амфетаминного счастья. Не сдерживая своих эмоций, она громко смеялась, а иногда выкрикивала что-то вместе с толпой окружающих ее людей.
Боковым зрением Мария увидела подругу, и некоторое время смотрела на то, как возле нее, уже почти вплотную, танцевал парень с очень молодым и немного нескладным от, смущения и природных особенностей лицом. Молодой человек был красиво одет, но до ужаса несуразен. Девушке сразу бросились в глаза его отталкивающие черты. Казалось, что на большую голову попросту не хватало кожи. Огромные верхние зубы и значительная часть десен просто-таки зияли, даже когда он совсем немного улыбался, а чем ближе он подходил к абсолютно не противившейся Ксюше, тем шире становилась его улыбка. Мария смотрела на Ксению со спины, но в движениях подруги заметила что-то необычное.
Когда Ксюша, танцуя, все же развернулась к Маше лицом, лицо ее было бледным, как мрамор.
В груди у Ксении колотило, словно отбойным молотком. Она продолжала танцевать, как заводная балерина, повторяя раз за разом одни и те же движения, не замечая ничего вокруг себя. Чувство теплой веселящей эйфории сначала быстро нарастало, а потом в один момент превратилось в ощущение панического страха. Вспышки светомузыки били в глаза и усиливали жуткое состояние.
Спустя еще несколько минут она начала медленно заваливаться в сторону своего нового партнера, о существовании которого почти не догадывалась. Парень расценил это в свою пользу. Его намерения окончательно окрепли, когда Ксения никак не отреагировала на то, что он, поднимаясь рукой по внешней стороне бедра девушки, вплотную прижался ладонью к влажному от пота телу. Ксения пошатнулась, на секунду вернувшись в сознание, сделала рывок всем телом и помчалась в сторону туалета. Молодой человек не мог отреагировать на это никак иначе, кроме как на призыв к действию.
Ввалившись в ту же кабинку, в которой они недавно были вдвоем с подругой, Ксения
уткнулась в стену руками и, полуприсев, безвольно опустила голову между плеч. Она услышала, как кто-то вошел вслед за ней и поняла, что ни к чему хорошему это не приведет, но из-за частого громкого дыхания и сильного сердцебиения Ксюша не могла выговорить ни слова.
Вошедший за ней парень, точно также был нем из-за сильного возбуждения. Дрожащей рукой он расстегивал ширинку, а второй гладил плечи Ксении, постепенно спускаясь ниже, и поднимая ей юбку. Девушка попыталась отмахнуться, это было единственным, чем она могла воспрепятствовать тому, что вот-вот должно было произойти, но ее жест и последовавший за ним стон, парень воспринял, как желание дамы ускорить процесс.
Вряд ли произошедшее в полной мере можно назвать изнасилованием. Сам факт соития длился всего минуту, по окончании которой молодой человек почувствовал неладное. Он взглянул вниз и обнаружил, как ему показалось, целую лужу крови темно-багрового цвета. Его белые штаны и низ рубашки тоже побагровели. Парню казалось, что крови было так много, будто кто-то пырнул живого человека ножом. Он испуганно отскочил от, ничему не противившейся, Ксении, затем посмотрел на свою руку, измазанную кровью с темными сгустками, ноги его задрожали, сильный приступ головокружения резким движением выдернул пол из-под ног. Если бы не дверь, которая, открывшись, смягчила удар и выплюнула его из кабинки, парень разбил бы себе голову.
