– Посмотри сюда, – позвал Климов, указывая на стену. Там была схема здания, и один из проходов вёл к соседнему зданию. – Это не просто отель. Они используют его как связующее звено. В этот момент я понял, что мы стоим на пороге чего-то большого. Но перед тем, как успел сказать хоть слово, мы услышали грохот наверху. Кто-то приближался. Грохот наверху заставил нас всех замереть. В подвале внезапно стало невыносимо тихо – так, что можно было слышать, как Климов резко втянул воздух. Васильев поднял палец к губам, жестом велев нам сохранять полную тишину. Наши глаза встретились, и я знал, что нужно подготовиться к любому развитию событий. ,Шаги над нами становились громче, и уже можно было различить несколько человек. Доски пола скрипели под их весом. Мы укрылись за старыми ящиками и полками, чтобы оставаться в тени. Сердце билось так громко, что казалось, будто оно выдаст наше местоположение. Внезапно дверь, ведущая в подвал, скрипнула, и узкий луч света от фонаря проник в помещение. Кто-то начал спускаться. Их шаги были осторожными, медленными, но уверенными. Очевидно, те, кто спускались, знали, что могут найти здесь. Васильев, держась наготове, жестом приказал Климову обойти их с другой стороны. Я вытащил блокнот из внутреннего кармана, стараясь зафиксировать в голове мельчайшие детали: как выглядели пришедшие люди, как они двигались. Это могло быть важно позже. Но в тот момент я знал только одно – нам нельзя допустить, чтобы нас заметили. Мужчины, спустившиеся в подвал, начали осматривать помещение. Их было трое. Один – высокий, в тёмном плаще, напоминал фигуру, которую я видел на пирсе. Его движения были уверенными, а взгляд – настороженным. Второй был среднего роста, плотного телосложения, с грубыми чертами лица. Третий – заметно младше, скорее помощник, чем равноправный партнёр. Он постоянно оглядывался, будто боялся собственной тени.
– Всё должно быть убрано до конца недели, – сказал высокий, его голос звучал резко. – Никаких следов.
– Мы не сможем так быстро, – пробормотал второй. – Это место всё ещё используется.
– Это не обсуждается, – отрезал первый.
Они подошли к столу, за которым мы недавно изучали карты. Я держал дыхание, когда высокий мужчина поднял один из металлических цилиндров. Его глаза сузились.
– Кто-то здесь был, – прошептал он, осматривая поверхность стола. – Всё не так, как я оставлял. Они начали осматривать помещение, заглядывая за ящики и в углы. Я почувствовал, как Васильев напрягся рядом со мной. Мы знали, что если нас найдут, то всё может закончиться быстро и не в нашу пользу. Климов, находившийся в дальнем углу, бросил камешек, чтобы отвлечь их внимание. Звук отвлёк их ровно настолько, чтобы мы смогли проскользнуть ближе к выходу. Я двигался медленно, стараясь не издать ни звука, но моя нога задела старую трубу. Она глухо стукнула по бетонному полу, и тишина разорвалась.
– Там кто-то есть! – крикнул один из них.
Не было времени думать. Васильев выскочил из укрытия, выкрикнув:
– Стоять! Полиция! Руки вверх!
Мужчины замерли на мгновение, затем высокий резко бросился к боковому выходу. Его напарники остались на месте, подняв руки, но я видел, что в их глазах не было ни страха, ни раскаяния. Эти люди понимали, что их поймали, но вряд ли собирались что-то говорить. Мы доставили двоих задержанных в управление. Васильев и Климов занялись допросами, а я вернулся к бумагам, которые мы успели захватить. Среди документов, найденных на месте, я нашёл новый список имён и схемы нескольких зданий. На этот раз список включал не только рабочие места, но и общественные заведения: библиотеки, лавки, таверны. Это укрепило мою уверенность в том, что эта группа планировала нечто масштабное. Допросы не принесли много информации. Задержанные молчали или давали самые общие ответы. Один из них, правда, проговорился о том, что у них есть «главное место». Он не сказал, где оно находится, но я знал, что карты и найденные улики могут привести нас туда. Тем временем начальник управления собрал нас для обсуждения. Его лицо было серьёзным, и глаза выдавали тревогу.
– Если ваши находки верны, то мы имеем дело с организацией, которая действует по всему городу. Их цели остаются неизвестными, но они явно готовятся к чему-то крупному. Мы не можем позволить им завершить свои планы.
Он перевёл взгляд на меня.