– Я готовлю, – сказала Тихонова, – может, вы согласитесь поговорить со мной в летней кухне?
– Конечно! – отозвалась Мирослава, скрывая радость. Она так и так собиралась осмотреть летнюю кухню и понять, как экономка могла слышать разговор хозяина с незнакомцем, но не видела их.
Едва подойдя к небольшому строению, она убедилась в том, что слова женщины правдивы. Окна летней кухни располагались на стороне, с которой можно видеть только сад. Однако, если открыты окна и в доме, и в летней кухне, то разговор находящихся в доме слышать можно.
Женщины вошли в помещение, и экономка предложила детективу стул, обитый кожей цвета топленого молока. Мирослава присела и сразу же стала задавать вопросы:
– Полина Ивановна, вы давно работаете в этом доме?
– В этом доме восемь лет, – ответила женщина. – Но если вас интересует, давно ли я работаю у Фрола Макаровича, то я отвечу: двадцать пять лет. – И, не давая Мирославе переспросить, пояснила сама: – Просто сначала мы жили в городской квартире, а потом Фрол Макарович решил переехать за город.
– Все это время вы жили вместе с Тучковским?
– Да, Фрол Макарович сразу же выделил мне комнату.
– А своя квартира у вас есть?
– Есть, но не в губернской столице, а в городе под ней.
– Вы ее сдаете?
– Нет, в ней живет моя племянница.
– Полина Ивановна, насколько я поняла, вы долгое время жили вдвоем с Тучковским?
– Да.
– А как вы отнеслись в женитьбе хозяина?
– Сначала настороженно, – призналась женщина, – поначалу даже плакала и подумывала о том, чтобы уволиться.
– Но потом передумали?
Женщина кивнула.
– Так получилось, что Вия Валентиновна сама зашла ко мне и попросила ни о чем не волноваться, заверила, что для меня с ее появлением в доме ничего не изменится.
– Так и произошло? – спросила Мирослава.
– Почти.
– Почти?
– Да. В том смысле, что постепенно управление домом перешло в руки хозяйки, и я стала получать распоряжения от нее. Но пожаловаться на Вию Валентиновну я не могу. Она всегда относилась ко мне очень хорошо. – Немного помолчав, экономка добавила: – Мне даже вышли некоторые поблажки.
– В смысле? – заинтересовалась Мирослава.
– Вия Валентиновна сама занялась садом, огородом. И мне уже было не нужно разбираться с приходящим садовником и нанимать девушек из деревни для сбора ягод.
– Выходит, что работы у вас стало меньше?
Экономка кивнула.
– А как это отразилось на зарплате?
– Никак не отразилось, – ответила Тихонова.
– Полина Ивановна, я понимаю, что вам трудно быть со мной откровенной в некоторых щепетильных вопросах, – осторожно проговорила Мирослава.
– В каких щепетильных вопросах? – удивилась экономка.
– Например, как ладили между собой ваши хозяева. Часто ли они ссорились. Что было причиной ссор.
– Ах вы об этом, – с облегчением вырвалось у женщины. – Так тут нет никаких секретов. Фрол Макарович и Вия Валентиновна жили душа в душу. И ссор между ними никогда не было.
– Совсем? – не поверила Мирослава.
– Совсем! Им просто не о чем было спорить. Фрол Макарович в жене души не чаял. А Вия Валентиновна только и думала о том, как угодить мужу.
– И впрямь идиллия, – невольно вырвалось у Мирославы. Про себя же она подумала, что так в реальной жизни не бывает. Взять хотя бы Мориса. Уж на что хладнокровный человек, хоть он ей и не муж, но без особой надобности старается не перечить ей. Однако время от времени искры все-таки пролетают между ними. А тут муж с женой, и такая тишь да благодать. Детектив вспомнила своего любимого кота: «Даже Дон иногда хвостом машет, выражая свое неудовольствие».
Однако Полине Ивановне она о своих сомнениях говорить не стала, подумав о том, что Морис непременно возразил бы ей, приведя в пример «Старосветских помещиков» Николая Васильевича Гоголя, намекнув тем самым на то, что супруги могут жить в мире, если у обоих из них ангельский характер. У нее-то он точно не ангельский. Был ли он таковым у супругов Тучковских, вопрос.
– Полина Ивановна, – обратилась детектив к экономке, – расскажите мне поподробнее о дне убийства вашего хозяина.
– Чего же я могу вам рассказать, кроме того, что рассказала полиции, – вздохнула женщина.
– Для начала расскажите мне то, что вы рассказали полиции. Но лучше начните с самого начала.
– Как это? – не поняла Тихонова.
– А так. Во сколько вы встали в тот день?
– Как всегда, в семь утра.
– И что стали делать?
– Прибралась и стала готовить завтрак.
– Во сколько начинали завтракать ваши хозяева?
– Обычно в десять часов.
– Не поздновато?
– Так Фрол Макарович решил. А Вия Валентиновна ему не перечила.
– Угу. И в тот день ничего не было необычного?
– Нет. Все как всегда. Только хозяину не надо было уезжать на работу. Он дал себе отпуск.
– А после завтрака?
– Хозяин ушел к себе в кабинет, а Вия Валентиновна собиралась идти собирать клубнику.
– И пошла?
– Конечно!
– Почему вы так решили? Вы видели, как она вышла из дома?
– Нет. Я после завтрака занялась домашними делами и не следила за тем, что делает хозяйка, – ответила несколько сердито экономка, – но позднее я уже видела собственными глазами ее с корзиной, полной клубники.
