— Рядом с вечными льдами и на вечной мерзлоте, — подтвердил князь Сувантолы. — Честно говоря, мне жаль, господа, что вы не те, о ком говорилось в легенде. Вы то уж точно не отведете нас туда, где тепло!
— Вы можете уйти сами, — пожал плечами эльф.
— Да, конечно. Но даже если нас и примут, как маложелательных и навязчивых иммигрантов, то, как народ, мы перестанем существовать. Не думайте, господа, что это важно только для князя и правящей верхушки. Те, кто хотел — давно ушли. Кто хочет — уходит и сейчас. Причем, многие возвращаются. В других странах другие обычаи, господа. Не каждому нравится жить по непривычному уставу. Не даром в народе говорят — где родился, там и пригодился.
Арни решился все-таки попробовать напиток из своего стакана. Было вкусно, только слишком крепко.
— Надеюсь, вы останетесь на обед, господа? Слово князя, больше не будет никаких подвохов, только гостеприимство. Буду рад, если вы пригласите на обед столько своих спутников, сколько сочтете нужным. Для нижних чинов будет сервирован отдельный стол. Те же блюда, что и на верхнем столе, только другая компания. Не морщитесь, господа! Вот уж никогда не поверю, что у вас король обедает за одним столом с матросами!
— А книги? — спросил Ланс.
— Книги можете доставить на корабль немедленно.
Ланс подумал.
— Будем очень рады принять ваше любезное предложение, князь, — наконец решил он.
Глава 7
Через полчаса почти такая же многолюдная компания проследовала в обратном направлении. То есть от дворца князя Сувантолы к ускиере. Князь решил прогуляться перед обедом. К тому же, ему очень хотелось осмотреть необычный корабль. Стражники на сей раз исполняли чисто утилитарные функции: тащили на корабль несколько пудов книг. Судя по их количеству, князь решил вместо того, чтобы отводить лишнюю комнату под библиотеку, попросту сбагрить никому не понятные излишки.
По дороге князь некоторое время шел рядом с Лансом и старательно поддерживал любезную беседу. Но Нийрикки больше всего интересовал корабль, и для того, чтобы ответить на вопросы о корабле, был призван все тот же Гветелин.
— Наш корабль называется ускиера, — объяснял Гветелин. — Вообще-то на таких перевозят скот, кавалерию и другие громоздкие вещи, а еще очень удобно в такой трюм складывать припасы на дальнюю дорогу...
Князь слушал эльфа, открыв рот, переспрашивая в непонятных местах, где Гветелин употреблял уж очень специфические термины типа «как правило, бушприт имеет эзельгофт, утлегарь и мартингик, а бизань вместо рю несет гафель и гик. А у них, де, на ускиере как раз наоборот. А бушприт сделан из полакр мачты».
Ланс, слушая эти термины, тихо балдел, и даже не пытался понять. Когда эльф начинал выражаться таким образом, он воспринимал его как журчание ручейка или еще какой-нибудь невинный шумовой эффект. Впрочем, услышав первую дюжину подобных терминов, Ланс мысленно спросил эльфа:
«Зачем ты так заумно выражаешься, Лин?»
«Для колорита, — объяснил Гветелин. — Посмотри, ему нравится».
Князю и в самом деле нравилось. При первой встрече он смотрел на эльфа с опасливым интересом, сдобренным изрядной долей почтения, потом почтение свое князь перенес на Ланселота — человека, ставшего королем Миррена. Теперь же все это померкло в его глазах перед громадным, чудесным кораблем. А так как эльф явно понимал в кораблях, то Нийрикки смотрел на него, как адепт на гуру.
На берегу князь остановился, оглядел шлюпку и громадные стопки книг и сказал:
— Кажется, книги придется перевозить в несколько приемов. Пока их перевозят, может быть, вы покажете мне корабль, господин Гветелин?
— Более того, я даже познакомлю вас с капитаном. Правда, чтобы добраться до корабля, вам придется сесть на весла. Ланс и Элистан останутся приглядеть за доставкой книг.
Нийрикки на мгновенье удивился непочтительным словам эльфа и выразил согласие сесть на весла.
Ланс приказал стражникам положить книги на песок и ждать где-нибудь в сторонке. Князь махнул рукой в знак согласия и принялся с энтузиазмом сталкивать шлюпку в воду.
— Ну, это уж совсем никуда не годится, князь, — запротестовал Арнольд. Он собирался подтолкнуть шлюпку собственноручно — с его силищей это было раз плюнуть, но Ланс, совершенно неожиданно для тролля, вмешался в ситуацию.
— Конечно, не годится. Садитесь в шлюпку, господа. Думаю, многочисленная охрана князя вполне справится с этой работой.
Князь Сувантолы, Гветелин, Арнольд и Алан сели в шлюпку, воины столкнули ее в воду и шлюпка бодро пошла к ускиере. Князь Нийрикки оказался лучшим гребцом, чем король Ланселот.
Ланс с Элистаном связались с Тором и передавали ему на корабль одну за другой пачки книг.
Шлюпка подошла к борту ускиеры. Князь Нийрикки ухватился за трап и с удивлением услышал радушный голос Ланса.
— Прошу вас, поднимайтесь, князь.
Нийрикки обескуражено оглянулся на своих спутников.
— Миррен — страна магии и магов, князь, — объяснил Гветелин, — а Ланселот — король магии.
— Вот это да! — уважительно воскликнул сувантолец и поднялся на борт.
