— Хорошо, Ланс. Кстати, ты не хочешь воспользоваться кулоном? Я могу и тебя научить...
Ланс рассмеялся, взял из рук сына кулон, повесил на шею, потом зажал кулон в правой руке и дракон легко взмыл в небо и поплыл к кораблю.
— Я уже и забыл, как это бывает, — Требониан дернул хвостом, как минуту назад, когда хлопнул им по песку.
Ланс рассмеялся. — Меня не так легко провести, как Антонина, Бони. А кулоном я умел пользоваться еще до встречи с тобой. Лин, помоги опустить Требониана на вторую палубу. Если я правильно помню, как это надо называть.
Через несколько минут Требониан и Голубеника были устроены в предназначенном для них помещении. Ланс хозяйски оглядел все вокруг, взял Алана за руку и пролевитировал на корабль.
— Можно отплывать, господа.
— Нужно говорить отчаливать, Ланс, — засмеялся Гветелин. — Ты еще скажи, что нам надо идти вправо вниз по карте.
— Совершенно правильно, Лин. Вправо вниз по карте. Только не идти, а плыть.
— Ланс, так выражаться просто неприлично. Не веришь мне, спроси у Греллаха Доллайда.
Но капитану было не до филологических проблем.
— Вы обещали мне фордевинд, Гветелин.
— Сию минуту, Гирли.
— Господин Ланселот, — церемонно продолжил Греллах Доллайд, — если бы мы не так спешили, я бы с удовольствием показал вам корабль. Сейчас же я просто прошу вас устраиваться самостоятельно. Расположение помещений вы знаете.
— Боюсь, что нет, капитан.
— В таком случае, я пришлю вам юнгу.
Греллах Доллайд торопливо отошел. Мирренцы остались стоять на палубе. Первую палубу, для удобства драконов, пришлось почти полностью демонтировать. И сейчас, к кормовым помещениям примыкал участок палубы метров пять шириной. Под ним, а большей частью под открытым небом, была драконья палуба. Вообще-то на кораблях ее обычно называют второй. Ланс подошел к периллам, которыми была отгорожена первая палуба, и заглянул вниз.
— Бони, Ника, вы хорошо устроились?
Требониан поднял голову.
— Как здесь можно хорошо устроиться, Ланс, если Гветелин приказал нам с Голубеникой лечь и не двигаться. А то, де, ему нужно организовать отплытие.
— Что поделаешь! — вздохнул Ланс. — Нам опять пришлось сбегать. Ничего, друзья, мы постараемся найти для вас подходящее место. Путешествовать на таком кораблике вам и правда не слишком-то комфортно.
— Господин Ланселот, позвольте показать вам жилые помещения.
Ланс обернулся и увидел молодого эльфа — лет двадцати от роду.
— Ты и есть корабельный юнга?
— Да, господин Ланселот. Прошу вас, следуйте за мной.
— Пойдемте, господа, — предложил Ланс, — честно говоря, я так устал, что хочу не столько осматривать помещения, сколько лечь отдохнуть. Но нам еще придется разместиться.
— Прошу вас, господин Ланселот, господин капитан уже обо всем позаботился. Извольте пройти в кают-компанию. Здесь вы будете обедать и отдыхать, если вам это будет угодно. Как видите, здесь много дверей. Отсюда можно попасть в каюту капитана — вот здесь в корме, рядом каюта лоцмана, но она почти всегда пустует. Лоцмана берут только у берега. Эти двери ведут в комнату старпома и штурмана, а эта, крайняя — каюта корабельного мага и лекаря, она предназначена для господина Гветелина, а эта — гостевая каюта. Здесь может поселиться господин Торвальд. Прошу вас, пойдемте наверх, — Юнга вышел из каюты и остановился, поджидая мирренцев. — Прошу вас, господа, сюда, по трапу вверх.
Мирренцы послушно поднялись по крутой лесенке на ахтеркастль — так назвал верхнюю палубу юнга. Большая часть палубы была совершенно пустой — она предназначалась для прогулок. В кормовой части ахтеркастля размещались четыре каюты. Это были самые высокие помещения корабля — если высота кают-компании была всего два метра, так что троллю пришлось ходить согнувшись, то эти каюты строились с расчетом на высокий рост Арнольда. Помещения ахтеркастля были высотой три метра. В самой корме были каюты побольше. Одна из них предназначалась для Ланса с Мэрилин, вторая — для Арнольда, как для самого рослого из всей компании. Одна из боковых предназначалась для Элистана, последняя — для Антонина и Алана. Молодые люди должны были жить вместе.
Ланс обнял жену и с энтузиазмом повлек ее в сторону каюты.
— Пойдем спать, дорогая, я сегодня ужасно устал.
— Да, конечно. Жаль только, что для того, чтобы попасть к элементарным удобствам, нужно тащиться на нос.
— Кажется, это будет единственным развлечением на все время плавания, дорогая. Честно говоря, я пока с трудом представляю, чем можно заняться на таком пространстве. У нас даже книг нет в достаточном количестве. — Ланс обернулся от двери своей каюты. — Спокойной ночи, господа.
