Положа руку на сердце, Джек чувствовал себя по-идиотски. С одной стороны, ему хотелось выяснить, что именно его настораживает в брате Гретхен, а с другой стороны, он понимал, что высасывает интригу из пальца. Какое ему дело до внутреннего мира едва знакомого человека? Похоже, пора возвращаться в клинику – он явно соскучился по работе.
Разговор тек непринужденно. Джек потягивал коньяк и ловил себя на мысли, что, пожалуй, при определенных обстоятельствах они со Стефаном могли подружиться. У них было много общего.
– Гретхен только о тебе и говорит, – подливая спиртное в бокалы, обронил Стефан. – Не припомню сестру такой воодушевленной.
– Ума не приложу, чем заслужил ее расположение, – скромно потупился Иван.
На мгновение в глазах Стефана появилось недоброе выражение, но тут же исчезло. Он мягко улыбнулся, демонстрируя ровные белые зубы:
– Возможно, тем, что чем-то похож на меня.
Это был странный ответ, и Джек не сразу нашелся, что сказать. Заметив его растерянность, Стефан хлопнул его по плечу:
– Я шучу, дружище, шучу.
Иван перевел взгляд на пейзаж за окном. Серо-голубая поверхность озера искрилась под зимним солнцем. Озеро простиралось до самого горизонта, как огромный зеркальный экран. Джеку захотелось поднять его вертикально и включить спортивный канал.
– Дружище?
Джек повернулся и с удивлением посмотрел на Стефана. На долю секунды он совершенно забыл о его существовании.
– Извини, отвлекся…
– Ничего, бывает. – Голос Стефана звучал так, словно транслировался из стереоколонок, охватывая все пространство комнаты.
Джек нахмурился:
– Кажется, я малость перебрал…
– С двух порций коньяка? – недоверчиво хмыкнул Стефан. – Ты точно русский?
– Вообще-то… – Кравцов умолк на полуслове, осознав, что не помнит, что собирался сказать.
Стефан не отводил от него пристального взгляда. Джек мысленно отметил, что сейчас он совсем не похож на свою сестру. В его облике появилось что-то отталкивающее, даже зловещее.
– Бред какой, – усмехнулся про себя Кравцов, не осознавая, что говорит вслух и по-русски. Накатила усталость. Он привалился к спинке дивана и прикрыл веки. Тело налилось тяжестью, даже пошевелить пальцами стало трудно. Но это состояние не напрягало, а, наоборот, расслабляло и повышало настроение.
– Давай я отведу тебя наверх, чтобы ты отдохнул. – Стефан перекинул его руку через плечо и поднял на ноги. На какую-то долю секунды Иван отключился, а пришел в себя на жесткой койке в незнакомом помещении.
Голова гудела, как если бы он находился в центре шумной вечеринки, предварительно приняв на грудь. Перед глазами мелькали яркие пятна, и некоторое время Джек с интересом следил за ними. А затем увидел склонившееся над ним лицо Стефана:
– Эй, ты в порядке?
Иван сфокусировал взгляд и покрутил головой, оглядывая комнату. Она была небольшой и ослепительно белой. Зачем устанавливать дома такие яркие лампы, что даже глаза слезятся? Внезапно Кравцова осенило. Он рассмеялся.
– Тайная комната?
Стефан улыбнулся.
– Нравится?
– Я еще не разобрался, – с идиотской улыбкой пробормотал Джек. Почему-то все казалось ему забавным. Он попробовал сесть, но обнаружил, что стянут ремнями по рукам и ногам. Этот факт его, однако, не смутил. Он повернул голову на бок и обвел комнату долгим изучающим взглядом. Стеклянный медицинский шкафчик, металлический столик на колесиках – такие предназначены для хирургических принадлежностей и перевязочного материала, тележка для стерилизованных инструментов.
– Я в больнице? – Джек отдавал себе отчет, что ситуация странная, но беспокойства не ощущал. Прищурившись, он понял, что лежит прямо под операционной лампой. Вот откуда этот невыносимый свет.
– Не совсем, – уклончиво ответил Стефан, присаживаясь на круглый подвижный стул.
– Объяснишь, что происходит?
– Прояви смекалку.
Джек попробовал сосредоточиться, это далось с трудом. Очевидно, он находился в измененном состоянии сознания. Но на опьянение это походило мало. Кравцов с усилием отмотал воспоминания назад. Он сидел в гостиной со Стефаном и пил коньяк. Выпил не больше ста пятидесяти граммов и сразу почувствовал себя необычно. Определенно в спиртном была какая-то добавка…
Мысли то и дело отвлекались на несущественные детали, и требовалась чрезвычайная концентрация, чтобы не утерять нить. Джеку казалось, будто он пробирается сквозь густой ватный туман, превращавший каждый его шаг в настоящее испытание. Кравцов представил, будто листает медицинский справочник, – тот самый, что лежит у него на рабочем столе справа. Так… Симптомы, симптомы… Нетвердая походка, невнятная речь, частичная потеря координации, уменьшение тревожности, доброжелательность, легкая отвлекаемость… В совокупности с алкоголем…
– Барбитураты? – медленно выговорил Джек. – Только не соображу, какие именно…
Стефан взирал на него с искренним восхищением:
– Браво, Иван! Потрясающе!
– Возникает резонный вопрос. – Джек сделал глубокий вдох, чувствуя, что вот-вот отключится. – Зачем это? – Он подергал скованными руками.
– Не поверишь, но я еще не решил.
– Ты прав, не поверю.
Стефан явно наслаждался беседой.
