— Вы знали мою тетю? — спросила Санса, чтобы отвлечься: ей несколько дней крутило живот как из-за ребенка, так и из-за беспокойства об Уилласе, пока Эйгон был в Хайгардене, оставив ее в болезненном состоянии. — И… Вы знали ее, после того, как…
— Немного, — тихо сказала септа, уговорив Сансу встать и завернув ее в мягкий шерстяной халат лорда Коннингтона, который тот оставил (он казался странно уютным, учитывая, кем был его владелец). — Давай сходим к мейстеру…
— Она пошла добровольно? — слабо спросила Санса. — С принцем Рейгаром? Моя тетя хотела с ним уехать?
Снаружи шел дождь и было ветрено — так бывало редко, когда в Штормовом Пределе уже наступила зима — и Санса ближе наклонилась к септе, боясь, что может что-то пропустить из-за шума.
— Твоего дядю я знала лучше, — сказала наконец Лемора. — Брандона. Я не встречала твою тетю после ее отъезда из Винтерфелла и до ее смерти, но твой отец… Я говорила с ним после того, как она умерла.
— Вы знали и моего отца тоже?
— Немного — больше, чем твою тетю, я полагаю. Он был того мнения, что… что сначала она пошла добровольно, но передумала, когда были убиты твои дядя с дедушкой.
— И принц Рейгар не позволил ей вернуться домой, — прошептала Санса. Она вздрогнула при этой параллели между ней и ее тетей. Но я совсем не хотела идти, подумала она, он обманывался, думая, что я хочу его, а затем он убил моего ребенка и заставил меня зачать другого. — Как Вы начали служить принцу?
— Я была близка с его матерью до ее смерти, — сказала септа. — Не теряйте надежды, миледи — он вспылил, но он не жесток.
Если он не жесток, то как он сделал это со мной?
========== Глава 2 ==========
— Вы должны отправить ее в Хайгарден.
— Нет! Она носит…
— Мне все равно! — крикнул Джон. — Меня это не волнует, ибо ты рискнул всем, что мы сделали, похитив эту девчонку, ты опозорил этим свою двоюродную сестру, ты разрушил два союза, забрав чужую жену и пренебрегши своей суженой, ты повел себя как дурак и паршивец, и я стыжусь тебя.
— Ты никогда не осуждал моего отца за то, что он сбежал с Лианной Старк, — взвился Эйгон. — Он пренебрег моей матерью и погубил королевство из-за этой потаскухи, но ты ни разу не осудил его за это. Чем это отличается?
— Тем, что ты вырос с наглядным примером своего отца! Ты должен был уже знать это! Ты должен был контролировать себя!
— Я твой король…
— И Таргариен и по делам, и по имени!
Они замерли, глядя с удивлением друг на друга. Джон спросил себя, где же все пошло не так — он был так уверен, что с Эйгоном они все делали правильно, и Лемора тоже, но эта неприятность с девчонкой Старков, нет, с женщиной Тиреллов…
— Вы ожидаете, что мы возьмем Королевскую Гавань и оттуда будем держать королевства, — устало произнес Джон. — Очень жаль, что Вы заставили всех наших союзников отвернуться от нас.
_______________________________________
— Она беременна от него, Гарлан, — сказал Уиллас. — Что если она… Что если она действительно полюбит его? Что если она действительно захочет аннулировать наш брак…
— Я видел, как Санса смотрит на тебя, — осторожно прервал Гарлан, отодвигая графин с вином, в то время как Уиллас смотрел в окно. — Она любит тебя, Уиллас. И это не изменится.
— Даже если она не полюбит его… Боги, что еще хуже, — отчаянно произнес Уиллас. — Это будет означать, что она сидит взаперти с человеком, которого боится, несколько месяцев, что она… Она была изнасилована, Гарлан, этот ублюдок изнасиловал мою Сансу, а я позволил уйти ему с головой на плечах. Что же я за мужчина после этого?
— Тот, что хочет свою жену обратно, — осторожно сказал Гарлан. — Ты знаешь это, и накручивание себя снова и снова не принесет никакой пользы, и меньше всего Сансе.
— Что если она меня ненавидит, Гарлан? — спросил Уиллас самым тихим голосом, который от него слышал Гарлан. — Что если она ненавидит меня за то, что я не спасаю ее от него? Или за то, что не помешал ему украсть ее?
— Такого не будет, — сказал Гарлан, но увидел, что Уиллас не поверил ему.
______________________________________
— Ребенок, кажется, в порядке, Ваше Величество, — сказал Хелдон, мягко, как всегда, касаясь живота Сансы. — У леди Сансы есть некоторые боли — это не редкость для беременных, Ваша Милость.
— Вы можете сказать, это мальчик или девочка? — тихо спросила она. Независимо от того, насколько глубока была ее ненависть к Эйгону, она не могла ненавидеть этого малыша, ее малыша, даже несмотря на то, что она не хотела иметь в своем чреве ничьих детей, кроме детей Уилласа.
— Это девочка! — воскликнул Эйгон, подняв ее на ноги и жестко поцеловав в губы, и нахмурившись, когда она не ответила на него, держав рот крепко сомкнутым. — Мы должны выбрать для нее имя: Рейнис — в честь моей сестры, Рейла — в честь моей бабушки, Висенья — в честь моего дяди… Много есть имен: Дейна, Алисанна, Рейна, Элейна, Нейрис…
Санса разразилась рыданием (мы с Уилласом говорили, что назовем ребенка Нейрис, если это будет девочка, наша малышка, наша дочь), и Эйгон снова нахмурился, на этот раз сильней.
— Ты должна прекратить это, — строго сказал он. — Это вредно для ребенка…
