– Почему вы решили, что сюда кто-то проникал? – продолжал задавать вопросы Чарли.
– В жилом помещении окно взломано. Ты представляешь? – Райли обратился к Мэрилин.
– Вы здесь и живете? – спросил Фрэнк.
– И живу, и работаю, – ответил Райли.
– А что у вас за работа? – подключился Чарли.
– Работаю с красками.
– Правда? – обрадовался Фрэнк. – А вы мне не дадите свою визитку? Моей теще надо покрасить дом.
– Я пишу картины, – обиделся Райли. – Вот эти, например, – он кивнул в сторону холстов, уставленных по стенкам мастерской.
– И это все вы нарисовали? – удивился Фрэнк.
– Да.
Фрэнк бросил на них взгляд, затем удовлетворенно кивнул.
– Так, значит, вы здесь спите? – спросил Чарли. – Вот на этом водяном матраце?
– Да.
– Ну и как водяные матрацы?
– Отлично, – сказал Райли. – Вот взгляните на окно. Видите, оно взломано.
Чарли подошел к окну у подножия кровати и стал внимательно его рассматривать. Фрэнк заглядывал через его плечо. Мэрилин, стоящая поодаль, закатила глаза.
– Вот видите эти следы? – спросил Чарли.
– Да.
– Их раньше не было?
– Нет.
– Они только что появились, так?
– Да.
– И что ты думаешь, Фрэнк?
– Похоже, что здесь поковырялись, – пожал плечами Фрэнк.
– Что-нибудь пропало? – спросил Чарли.
– Нет, похоже, что нет.
– Так почему вы нас вызвали? – спросил Фрэнк.
– Если кто-то проникает в дом, наверное это достаточная причина для того, чтобы вызвать полицию.
– Зачем же он сюда проник, если ничего не взял? – сказал Чарли.
– Да у меня и брать-то нечего, – сказал Райли, оглядывая свое жилье.
– Каждое полотно мистера Райли стоит больше пяти тысяч долларов, – вмешалась Мэрилин.
– Что? – удивился Чарли.
– Одна картина.
– Нет, серьезно? – переспросил Фрэнк. Он снова заглянул в мастерскую, чтобы получше разглядеть картины. – Вот эти? – показал он.
– Пропало ли что-нибудь из этих ценных картин? – Чарли, сделав упор на слове «ценных», как бы подчеркивал свое недоверие.
– Нет.
– Значит, ничего не пропало, правильно?
– Да, но...
– Так почему же вы нас вызвали?
– Я вызвал вас, потому что было убито два человека...
– Но ведь не в нашем округе?
– Какое это имеет значение?..
– Вам надо было звонить в восемьдесят седьмое, – заключил Чарли. – Если они работают над этими убийствами, то им и надо было звонить.
– Большое спасибо за совет, – сказал Райли.
– Не стоит, – ответил Чарли. – В своем отчете я напишу, что над этим делом уже работает восемьдесят седьмой участок.
– Вам надо поставить на это окно решетку, – посоветовал Фрэнк. – Там проходит пожарная лестница, а если картины действительно представляют такую ценность, как говорит эта дама... – Он недоверчиво пожал плечами. – Значит, надо поставить на окна решетки, чтобы никто сюда не проник.
– А что мне делать, если начнется пожар?
– Вызовите пожарную команду, – коротко ответил Чарли.
– Ну что, мы закончили? – спросил Фрэнк.
– Да, закончили, – Чарли захлопнул свой блокнот.
Райли вздохнул.
– Пока, – сказал Чарли, и оба полицейских удалились.
– Ну как тебе это нравится, – сказал Райли, как только они вышли, – вот работнички!
– Ты не видел копов в Хьюстоне, – заметила она.
– Кто-то залез в мастерскую, а им хоть бы что...
– А ты уверен, что здесь кто-то был?
– Когда я вчера вечером уходил, следов на окне не было.
– Может быть, все-таки тебе лучше сообщить...
– Зачем? Чтобы они снова заявили, что у них нет свободных людей? Ты бы их только послушала. Столько демагогии! В городе большая преступность, люди нужны в другом месте, извините, но мы больше не можем продолжать наблюдение... типично полицейское словцо – «наблюдение». Наблюдение за помещением и объектом. Тоже полицейские словечки. Это вот – помещение, а я – объект. Только, сдается, я уже больше не объект, а – скорее всего – цель.
Мэрилин ничего не ответила.
– Ну подойди, обними меня, – он улыбнулся и широко развел руки в стороны.
– Подожди, нам надо поговорить, – остановила его Мэрилин.
– Потом. Хочешь чего-нибудь выпить?
– Нет, спасибо.
– У меня есть отличное виски, вон там на полочке. Двенадцатилетняя выдержка.
– Не сейчас, спасибо.
– Ты выглядишь потрясающе, я когда-нибудь говорил тебе, что ты потрясно выглядишь?
– Благодарю тебя.
На ней была синяя плиссированная юбка, синие колготки, синие лодочки на высоком каблуке, такого же цвета сумочка на ремне, и голубая блузка с отложным круглым воротничком, и темно-синий вязаный жакет. Длинные светлые волосы были заколоты в хвост голубой, в цвет блузки, заколкой.
– Ты действительно потрясно выглядишь.
– Спасибо.
– Что-нибудь случилось?
– Нет, нет.
– Тебя замучили копы?
– Масса вопросов, но я бы не сказала, что замучили.
– Ты правда не хочешь выпить?
– Правда, не хочу.
– А может быть, кофе?
– Я сама сварю.
– У меня только растворимый.
– Я знаю.
Она уверенно подошла к шкафчику возле мойки, взяла чайник и стала наливать воду.
– Не возражаешь, если я немного приберусь? – спросил он. – Вчера закончил работу и ушел, не убравшись. Люблю наводить порядок в выходные. Никогда не знаешь, кто к тебе зайдет.
Мэрилин поставила чайник на плитку и включила ее. Райли взял щетку и направился в мастерскую.
– Я собирался тебе звонить, – сказал он.
