— Это… это слишком кардинально! У нас нет столько кудесников, которые по всему берегу смогли бы ее установить и поддерживать… Но ведь мы можем поставить заслон хотя бы возле поселений!
— И в этом случае налетчикам, если они с кровопийцами, придется искать пешие окружные пути. А на суше у вас преимущество, — добавил Кристофер.
— Вероятней всего, они на это не пойдут, — Кадж вперил задумчивый взгляд в узкое мутное окошко. — Будут нападать без кровопийц, как раньше. Но даже это неплохо! Сегодня же напишу письма во все крупные крепости и Город Королей. У нас военные решения, если они продуктивны, обсуждаются и принимаются быстро. Наверное, реализовать это будет сложно — материк наш узкий, но очень длинный, однако идею предложить стоит!
— А против других рас такие границы невозможны?
— Если бы! — Кадж устало махнул рукой. — Кудесники объясняют, что завязать эту границу можно только на кровопийцах — то ли по протяженности жизни, то ли по другим признакам, не знаю, чем вы там так сильно отличаетесь…
— Умом и чувством собственного достоинства, — подсказал Кристофер верный ответ.
Кадж только рассмеялся. Видимо, решил, что это шутка. Раз у него приступ необоснованного веселья, можно рискнуть:
— Покажи мне ваши береговые установки — может, что-то и подскажу.
— Ага! Для этого пришлось бы снять защиту, а я тебе пока настолько не доверяю!
Кристофер был недоволен — конечно, на лице эта эмоция не отразилась.
— Я сбегу от вас весной. Не люблю холод. Поэтому несколько месяцев можешь спать спокойно.
— А разве в Левоморье зимы не суровее наших? — заинтересовался Кадж.
— Понятия не имею. Я зимой ни разу из замка не выходил. Ну, так что с установками?
Капитан с улыбкой покачал головой:
— Эх… когда мы найдем твоих друзей, я буду чувствовать себя спокойнее. Оставлю их тут в заложниках, тогда тебя можно и на экскурсии водить. А пока…
С каждым днем Кристофер все больше сомневался, что внутренняя армия хоть на что-то способна. Как можно столько времени искать трех обычных людей?
— Ладно, — решил пока смириться он. — Тогда хоть схемы береговых установок принеси — посмотрю. А то мне скучно. И да, книги новые нужны. Я ваши уже по три раза прочитал, скоро наизусть цитировать начну.
— Все-таки зря мои предки кровопийц уничтожили. Вы те еще стервецы, но теперь я вижу, сколько плюсов в вашей долгой жизни. Только успевай договариваться!
— Так успевай, Кадж. До весны. И да, книги по политологии не забудь. Интересная у вас система управления.
— Будет исполнено, господин! — капитан иронично поклонился.
Наивный перевертыш до сих пор полагал, что его сарказм звучит сарказмом, а не искренним уважением.
Эпизод 19. Чужие дороги
Отраве не пришлось принимать решение, потому что дотошный клирик все сделал сам. Похоже, сомнения в нем зародились сразу, а теперь расцветали пышным цветом.
— Лада, я грешным делом позабыл твой ответ. Так из какого рода твой жених?
— О! Он замечательный, уважаемый клирик! И очень-очень богат! Не пора ли нам возносить хвалу Небесному Свету?
— Он из Кариев или Морских? — на этот раз монах с мысли не сбивался.
— Как вы догадались? — восхитилась Отрава. — Из Морских! Младший сын. Знаете его?
Лю и Нанья сидели с другой стороны от костра, но напряженно вслушивались в каждое слово. Клирик криво улыбнулся:
— Знаю, конечно. Хороший парень. И как вы познакомились?
— Так… батюшка мой путешествовал… и…
Удар посохом по плечу сквозь толстую шубу был не слишком болезненным, зато в глазах монаха светилась настоящая угроза — кажется, настолько злым он до сих пор не был:
— Хватит врать, лживая девка! Я назвал тебе семьи ныне царствующих короля и королевы! За кого из них ты собралась замуж?
Отрава проглотила волнение.
— Я… соврала! Нет у меня жениха… Точнее, есть! Но он из простолюдинов! И мне было стыдно в этом признаться…
Камыш вскочил на ноги и на этот раз не стал ее лупить, что было по-настоящему странно.
— Врешь… Врешь! Ты вроде девка образованная, но не знаешь самые знатные рода Правоморья?!
— Я… я…
Отрава хотела чистосердечно признаться, что не такая уж она образованная. Можно сказать, что неграмотная вовсе — с кем не бывает! Да и с чего он вообще это взял? Пусть побьет ее да успокоится! Но монах оказался внимательнее, чем она предполагала:
— Я думал, мне показалось, что твои рабы вчера перед сном не помолились. А ну, спой-ка Песню Небесному Свету! То-то я думаю, что ты мне в молитвах постоянно вторишь, но никогда сама не начинаешь!
Отрава, трясясь, поднялась на ноги, за ней то же сделали и друзья. Обстановка накалялась.
— Уважаемый клирик! Вы так кричите, что у меня мысли путаются… — Отрава добавила в голос мольбы, а потом нерешительно затянула: — Хвалу возносим Свету сердцем…
— Это не то! — теперь он смеялся с какой-то нервной яростью. — Не напрягайся, не вспомнишь! Песню только дети поют, поэтому я в твоем присутствии ее ни разу не поминал! Кто ты, самозванка? Где ты жила, если ни веры, ни королей не знаешь?!
В ушах стучало. Это был полный провал — клирика теперь увещеваниями не успокоишь.