Отравлена Плохим Парнем полностью

Гейдж предложил сопровождать меня, но только членам семьи разрешали посещать заключенных. Пока ждала Калеба внутри большой комнаты для посещений, размышляла о том, как быстро развивалась дружба с Гейжем. После того первого дня нашей встречи полторы недели назад, мы постоянно тусовались вместе.

Было очевидно, что Гейджу нужны только платонические отношения, и ощущать себя в безопасности было большим облегчением. Он даже пришел посмотреть тренировку с группой в прошлую субботу.

Наполовину я была убеждена: Калеб собирается бросить меня. Впервые за несколько месяцев уложила волосы.

Надела старые джинсы, но немного раньше прошлась по магазинам и купила новый синий свитер. Он показался мне милым, но теперь я здесь, и переживаю, что выгляжу скучно.

Тут была еще одна девушка моего возраста: одета в красное платье уж слишком сексуальное для визита в тюрьму. Ее помада была гораздо смелее розового блеска, нанесенного на мои губы.

Я прояснила с Гейджем ситуацию с Джошем. Перед поездкой сюда, он захотел узнать, что такого мой парень и Ян сделали, чтобы попасть в тюрьму.

Хотелось бы познакомить Калеба с Гейджем. Не хочу, чтобы Калеб думал, что между мной и новым другом-парнем нечто большее.

Опять же, Калеб сегодня может окончательно порвать со мной, и проблема исчезнет сама собой.

Пройти через контрольно-пропускные пункты оказалось сложнее, чем я думала. Охранник обшарила сумочку и карманы куртки, даже проверила коробку конфет, принесенную Калебу, прежде чем обыскать меня. Но поскольку это была женщина, то процедура обыска не была особо навязчивой.

Из того, что я увидела, можно заключить: место слегка мрачновато. Все, казалось, таким холодным и казенным. Мне ненавистна мысль, что Калеб застрял здесь.

Комната посещений заставлена маленькими столиками по центру и скамеечками, по одной стороне стены. Развешаны мотивационные плакаты с изображением котят, гор и каменистых пляжей.

Плакат под названием Смелость с пингвином, прыгающим со снежной скалы, усмирил мою трусость. Если пингвин может спрыгнуть с обрыва в ледяную воду, то уж я, конечно, смогу увидеться с парнем, которого люблю.

Некоторые моменты настолько важны, что выжигаются в девичьей памяти каленым железом. После долгой разлуки, встреча с карими глазами Калеба в этой комнате, мгновенно стала одним из таких моментов.

КАЛЕБ

Подросток, идущий сзади, подтолкнул меня в плечо, когда я остановился в дверях. Нужен был лишь один удар сердца, чтобы узнать ее, несмотря на темные волосы. Она выглядела невероятно красивой.

А также испуганной.

Выдохнув со свистом, я подошел к столу, за которым она устроилась. Выражение прекрасных голубых глаз было светилось смесью нервозности и осторожности. Я был очарован легким румянцем на щеках, но мне не нравился сам факт ее дискомфорта. Даже в наших изменившихся обстоятельствах, мы все еще оставались собой.

Она поднялась на ноги, когда я обогнул стол, и притянул ее в короткие объятия. Объятия разрешались только в начале посещения и по завершению визита.

Я не упущу ни единого шанса. Черт, она так чудесно пахнет. В те короткие секунды, пока она стояла, уткнувшись лицом мне в грудь, и я закрыл глаза, можно было представить, что с моей девочкой ничего плохого не случилось.

Взяв за руку, я уселся напротив нее. Хотел бы рядом, но это не по правилам. Меня-то правила не особо волнуют, но я не мог рисковать возможностью визитов Джанны.

Кроме того, они внесли ее в список как мою сводную сестру. И хоть соблазн сесть рядом велик, это может вызвать легкое недоумение.

Ладонь была настолько мягкой и дрожащей в моей большой руке. Я накрыл ее второй рукой и сжал, желая подбодрить.

— Как ты, Калеб? — спросила она, застенчиво глядя поверх столешницы.

— Теперь хорошо, ты ведь здесь. — ответил я, вручая подарочный пакет. — С днем святого Валентина, принцесса.

Она слегка улыбнулась, когда взяла пакет. Открыв его, начала вытаскивать рисунок.

— Ох! — улыбка стала шире, а глаза загорелись. — Я помню! Действительно здорово, Калеб. Спасибо.

— В следующем году отвезу тебя в какое-нибудь особенное место на день святого Валентина.

Ресницы опустились, прикрывая от меня ее мысли. Аккуратно разместив рисунок на столе, она придвинула ко мне гигантскую коробку конфет в форме сердца.

— У меня тоже кое-что есть для тебя.

Сняв крышку, я положил одну конфету в рот.

– Почти также вкусно, как твои…

— Тсс! — прервала она, голубые глаза стали просто огромными.

Я взглянул на ее грудь и состроил невинное выражение.

— Что? Хотел сказать... губы.

— Калеб. — неуверенно начала она.

По лицу я догадался, что мне не понравятся следующие слова. И сказал, меняя тему.

— Ян обзавидуется, но не поделюсь.

Она нахмурилась.

— Думала, сейчас вы друзья.

Взгляд метнулся туда, где Ян сидел с девушкой в красном обтягивающем платье, демонстрирующем длинные ноги, которые, к счастью, я не помнил, обернутыми вокруг меня.

— Ну, может быть. — я съел сразу две шоколадные конфеты. — Но он все еще придурок.

Поймав глаза Яна, Джанна помахала ему рукой.

Он подмигнул в ответ. Определенно, придурок.