— Каких слов ты хочешь от меня? — спросила я, начиная испытывать раздражение.
— Как насчет извинений за то, что трахалась с другим чуваком у меня за спиной?
— Словно ты еще не занимался сексом с кем-то другим, зная тебя, вероятно, этих «кого-то» было несколько. — сердито ответила я.
— Целый отряд болельщиц. — он растягивал слова.
— Не буду обсуждать подобное при Чэнсе, даже если он спит.
— Тогда давай выйдем. — предложил он, уже встав и обходя кровать.
Он подошел ко мне и замер рядом со стулом.
Я упорно продолжала сидеть.
— Иди домой, Калеб.
Схватив за руку, он поднял меня.
— Мы поговорим сейчас, и после этого, надеюсь, никогда больше не увидеть твоего лживого лица.
Это также больно, как и его властный захват.
Я отдернула руку, направляясь к двери, чтобы покончить с этим, прогнав боль из своего сердца и его глаз.
Осмотрев коридор, я увидела только медсестру, уходившую в противоположном направлении.
Обернувшись, я не был готова к конфликту, но начала готовиться к тому, что все закончится плохо.
Калеб стоял, расставив ноги, его руки снова были скрещены на груди.
— Ты когда-нибудь меня любила?
Я рассматривала пол. Разум кричал мне солгать, ведь я уже так много раз предала свое сердце.
— Разве теперь это имеет значение?
— Это чертовски много значит для меня. — сказал он.
Я посмотрела на стену справа от него.
— Я переживала за тебя.
Он издал звук, в котором слышалась издевка.
— Значит, ты лгала о любви ко мне? Большой гребаный сюрприз. Какова мать, такова и дочь.
— В каком смысле? — спросила я, встретив его презрительный взгляд.
Жестокая ухмылка ранила меня.
— Она тоже утверждала, что любит моего отца, но отказалась от него, когда все стало сложно. — он сделал шаг вперед, вторгаясь в мое пространство. — Вы обе бессердечные.
Нет, мое сердце тут, оно бьется, но кровоточит. Его удар пришелся точно в середину.
— Безнадежно. — добавил Калеб, отступая назад, и вдруг принял скучающий вид. — Я закончил. Останусь, пока твой отец не вернется, и уйду отсюда. — он зашел в палату Чэнса, оставив меня в коридоре.
Не хочу, чтобы парень, которого я люблю, думал, что я изменница и лживая сука, но как еще удержать его на расстоянии?
Это же Калеб. Однажды он ворвался в мою жизнь, заставив открыть разум и сердце. Я боялась, что он снова попытается сделать то же самое. И даже если он никогда не покидал моего сердца, сумеречная часть моего разума не могла принять его.
Это агония, представлять его с другой девушкой, но я не могла дать ему то, в чем он нуждался.
Я медленно вошла в палату, Калеб уставился в телефон.
Села, сделав глубокий вдох, и пришла к решению. Я не могла быть с Калебом, это совершенно ясно, но еще больнее для него думать обо мне плохо.
— Я соврала.
Его взгляд лишь скользнул по мне.
— Нет, вот дерьмо.
— О Гейдже. — имя привлекло его внимание, телефон в руке оказался забыт. — О сексе с ним.
— Что? — карие глаза потемнели от избытка чувств.
— О любви к нему.
— Соврала? — его ранее расслабленное тело, теперь звенело от энергии.
— О том, что не люблю тебя. — мой голос дрожал, я вцепилась в подлокотники для поддержки.
— Тогда почему ты с ним? — спросил он.
— Я не с ним. — закончила я.
— Не понимаю. — сказал он, встав, но, не приближаясь ко мне. Хорошо, ему нужно держаться подальше. — Почему тогда? — спросил он.
— Потому что не хочу больше быть с тобой.
— Не хочешь быть со мной? — задал он вопрос, в его лице что-то изменилось, но я не могла понять что именно.
— Не могу. — поправила я себя, готовясь уклониться от его руки, если он потянется ко мне.
— Ты меня любишь? — спросил он.
Я должна была знать, что он сосредоточится на этом.
—
К счастью, папа вернулся, остановив разговор, который я считала завершенным.
ГЛАВА 14
- Генри Дейвид Торо
ДЖАННА
— Твоя мама будет в порядке. — сказал папа, войдя в комнату.
Увидев Калеба, стоявшего слишком близко ко мне, он остановился.
— Все хорошо?
Калеб вернулся на свое место у окна.
— Все хорошо.
Отец ждал, пока я не добавила.
— Хорошо.
Папа подошел к спящему Чэнсу, положив руку на его узкую грудь.
— Я побуду с ним ночью. Почему бы тебе не спуститься к маме, а потом пойти домой, Джанна?
— Могу остаться на ночь в палате у мамы. — сказала ему, желая быть рядом с семьей.
— Нет, Скотт ночует с ней. Мне было бы легче, если бы ты отправилась домой, или еще лучше, переночевала у Сиси.
— Наберу ей. Могу взять твою машину? — я спросила, полагая, что либо так, либо нужно позвонить Сиси и просить забрать меня из больницы.
— Я могу подбросить ее. — вдруг предложил Калеб.
Взглянула на него, он, казалось, абстрагировался от нашего предыдущего разговора. Но меня не так просто обмануть. Его тело гудело от внутреннего напряжения.
— Звучит отлично. — согласился папа, не сильно отвлекаясь от того, что читал.
Он взял карту Чэнса, это, я думаю, просто привычка врача.
При отце не стала спорить с Калебом. После того, как навещу маму, просто позвоню Сиси и попрошу забрать меня.