— Запретила исполнять и слушать музыку в учебные часы, то же с публичным проявлением романтических отношений, критерии к форме и внешнему виду стали жестче. Она упразднила многие студенческие организации, Снейп говорит, что наконец-то в школе более или менее порядок, — хмыкнул Драко на последней фразе.
Аллегра и ухом не повела, услышав заветную фамилию, а Драко продолжил:
— Она набрала инспекционную дружину, в которую вошла добрая половина старших курсов Слизерина.
— Вам, вероятно, приятна полученная власть? — внезапно вставила она с легкой улыбкой. — Изводите гриффиндорцев?
Не было в ее словах сарказма, просто констатация факта.
— Как бы не так, это они нас изводят! Поттер и его шайка сколотили организацию, неизвестно чем занимающуюся, Амбридж бесится, но не может уличить их в запрещенной деятельности.
— Они весьма хитры, раз занимаются подобным у нее под носом, — вступил Люциус. — Со следующего года ты, Драко, будешь старостой, и тебе придётся проявлять особую бдительность в отношении незаконных бандформирований, так что развивай бдительность.
Краткое покашливание с левого фланга стола, Аллегра подавилась и быстро запила вином.
— Прошу прощения, — извинилась она, промокнув салфетку о напомаженные губы.
— Отец, думаю после того, что я натворил, мне не светит этот пост.
— Я поговорю с Северусом, не думаю, что он откажет тебе из-за одной ошибки.
Конечно, связи решают все. Вопросительный взгляд Аллегры выражал недовольство, ей это назначение досталось собственными трудами.
— Что ж, это отличная новость, думаю, эта роль как раз по мне, – удовлетворенно заметил Драко.
— И ты будешь спускать некоторые шалости своего факультета? – морально Аллегра все еще не могла выйти из роли префекта.
Пристальный скептичный взгляд.
- Уж это точно, а то у нас последние два года была ужасно дотошная, невыносимая староста, ты ведь знаешь семью Кэрроу?
Всё бы ничего, но перед ним сидела именно та самая невыносимая староста. В воздухе повисла пауза, прозрачно намекающая, что Драко следует придержать язык. Весь вид Аллегры как бы говорил: «Еще слово, и я тебе десерт по лицу размажу».
— Да, знаю, вернее, — неожиданно ровно произнесла она. — Вероятно, её справедливость была тебе не по вкусу? – ни в чём неповинная десертная вилка в побелевшей напряженной руке, казалось, была готова раскалиться добела
— Дело не в справедливости, – отмахнулся Драко. – Аллегра совершенно неадекватна... Она угрожала мне Сама-Знаешь-Кем, – театрально закончил он.
Что? Все внутри Люциуса заклокотало. Он отправил уничтожающий взгляд Аллегре, пробивая все защитные барьеры. Она не посмотрела в его сторону, однако видно растерялась и испугалась его реакции. Пересилив себя, она аккуратно взглянула исподлобья и не ошиблась, узнав в посылаемых флюидах злобу и агрессию.
— Кстати, отец, как она поживает? — намекая на темные делишки, спросил Драко. — Ты ведь наверняка в курсе…
— Драко, это не застольная тема, — едва ли не прошипел Люциус, и сделал глоток вина.
При Нарциссе редко шли разговоры о делах Лорда, и уж тем более не стоило их вести при «племяннице», которая непременно получит сполна за всё хорошее, и на этот раз ей уж точно не сойдет с рук. Хватило мозгов угрожать подростку Волан-де-Мортом, неслыханная наглость! Разговор был переведен в другое русло, но не забыт.
~~
О да, встречать его смертоносные взгляды было безумно… стыдно. И теперь ругани не избежать, сама виновата, нужно было раньше думать. Только-только с Люциусом нашли грань понимания, так эта оплошность всплыла наружу именно сейчас. Я притягиваю неудачи? Я не стала прятаться, решила всё стойко вынести. Думаю, подобный героизм не будет оценен в полной мере, Люциус был просто в ярости, ведь дело коснулось его сына. Неужели удастся увидеть сцену разъяренного мужчины, так долго державшего эмоции в узде? Любопытство быстро сменилось липким ощущением вины, нет, не страха, просто совесть внезапно взыграла в забывшей это ощущение душе. Я шла по одному из коридоров поместья в самое пекло, к восставшему из ада дьяволу, пославшему за мной в комнату домового эльфа. Стоит постучать, быть вежливой и не нападать под тяжестью обвинений, забыть дурацкую самозащиту и выстоять в неравной борьбе закованного пленника и его мучителя. Я готова…
Я появилась в проеме под черствое: «Войдите». Он стоял у камина, наблюдая за огоньками тлеющего полена. Преследовало ощущение дежавю, словно разговор «по душам» уже где-то имел место быть, особенно на эту тему…
— Мисс Кэрроу, я, признаться, многого от вас ожидал, но угрожать моему сыну Тёмным Лордом – это переходит всевозможные границы, — сухо начал он, разворачиваясь лицом к пришедшей на погибель жертве.
— Мистер Малфой, мне не остается ничего, кроме как извиниться, — сжимая кулаки, чтобы не прорвать просящийся наружу вой, произнесла я.
— Мне совершенно не интересны ваши извинения.
Он был в бешенстве, еле-еле держал маску безразличия, готовился напасть, ужалить побольнее. Что ж, вполне заслуженно.
— Я хотел бы знать, чего вы пытались добиться, используя столь идиотский метод? — презрительно кинул он.
