Речь становилась невнятной, сознание заволакивало болью. Страшная агония перед падением в неизвестность… Северус…
КОЛЛАЖ:
http://i055.radikal.ru/1001/dd/463b1489c0a8.jpg
====== Часть 2. Глава 13. Подставить кролика Роджера. ======
Темный вечер, промозглый, ни снежинки, ни ветра, полный штиль. За окном возвышаются заснеженные кусты, чернеющие стволы садовых деревьев. Всё шло как по маслу. Они вместе выбрали жертву. Гормус — примерный законослужитель, в будущем станет таким же закаленным, как Грозный Глаз Грюм — весьма опасный персонаж. Только было одно но, — таким он еще не стал. Слишком самонадеянно проводить вечера в пабе после работы. Несмотря на всю подкованность, быть осторожным не помешает. Грюм перестал выходить в люди, опасаясь подвохов сплошь и рядом, параноик в чем-то прав, ведь за усыпленную бдительность подчас приходится платить.
Люциус ждал новостей, план был составлен на славу, роль заучена, ловушки расставлены. Аллегре не составит труда заманить Маршала в темный переулок и перенести в поместье. Провернув дело Уэмпшира, они собирались отпустить аврора, убийство могло привлечь внимание, привести по логической цепочке к судебному разбирательству Роджера. Решено было наложить Обливиэйт и отправить его на все четыре стороны, попутно подкинув последнюю картину в виде исчезающей фигуры в серебряной маске. Случайная встреча с Пожирателем — боевой долг, проигрыш в придуманной битве, никто не заподозрит связи с подставой Уэмпшира. Идея принадлежала Люциусу. Он не знал, как отплатить долг несносной ведьме, рискующей всем ради какого-то секса. Бесполезная просьба, а вернее, не просьба даже. На самом деле Аллегре ничего не нужно, это всего лишь каприз. Выполнить его не составит труда, однако неприятно делать это из необходимости. Отчего она так стремится сделать его своим любовником? Наверняка ей вовсе не одна ночь нужна чтобы развеяться, хотя кто знает, что творится в голове юной шизофренички? Разум её явно не здоров, значит можно ожидать чего угодно.
Думая о подвохе, Люциус и не ведал, что просто симпатичен ей. Как банально… Хлопок аппарации раздался в тихом кабинете, где потрескивали лишь угли камина. И какой наглый домовик посмел его потревожить? Но этот не принадлежал Малфой-мэнору. В трясущемся существе Люциус узнал Диппи — единственную эльфийку, получившую разрешение перемещаться между домами. Он хотел было наорать, но не сумел. Создание было перепугано до смерти, а белая простынка, заменявшая одежду, заляпана свежими пятнами крови. Аллегра…
— Г-госпожа ранена, просила Диппи вас привести, — пропищала она, срывающийся на слезы.
Тело прошиб озноб, что могло случиться? Люциус ощутил комок тревоги, сгущающийся внутри, глаза выразили ужас, но домовиха была напугана еще больше.
— Веди… — лишь коротко изрек он.
Существо приблизилось и схватило мужчину за штанину. Рывок аппарации. Он не знал, что ему предстоит увидеть, неужели все настолько серьезно? Люциус оказался в тускло освещенном помещении всего с несколькими свечами. На большой кровати поверх покрывала лежал мужчина лет тридцати семи, с закрытыми глазами, блестящим от пота лбом и не двигался. С уголка губ стекала струйка крови. Нечто темное возвышалось над животом. Прямоугольная рукоять обмотанного изолентой ножа.
— Почему вы не вытащили нож? — в бешенстве заорал Люциус, кидаясь к раненому, боясь, что не успел.
— М-мы боялись, — пропищала Хатке, вливающая в рот хозяйке какую-то смесь, выливающуюся обратно вместе с кровью.
Существа, носившиеся с салфетками и зельями, застыли от злобного крика Люциуса. Все зелья бесполезны, пока предмет внутри. Трусливые твари! Он смотрел на обездвиженное тело, приставил два пальца к шее. Пульс все еще прослеживался, однако был редким и слабым.
«Держись, Аллегра…».
