Стена, крепкая нерушимая, они боролись вместе, по клочку высасывая воспоминания из зазоров, летящие серебристой пылью в их разумы. Северус видел Риддла таким, какой он был до падения – человеком без красных глаз, не лысым монстром без ноздрей и губ. Он был собой в мире сознаний. Его напряжение, лицо, шея, бешеный, но сосредоточенный взгляд. А Амелия держалась изо всех сил, пыталась выстоять против двух сильнейших магов. Стена стала рушиться на глазах, еще немного и защита падет, а вместе с ней и надежда на лучшее. Странное ощущение, все начало вибрировать вокруг, она выталкивала, не позволяла достучаться. Северус сосредоточился, на него смотрел Волан-де-Морт, изучающее, назидательно, злобно. Волшебники словно толкнули стену вперед, и она испарилась, открывая воспоминания, которые с бешеной скоростью хватал Лорд, не давая Снейпу вступить в поток. Его задача выполнена, а знать большее не полагается. На случай реверса, новой защиты, Северус все ещё держал оборону, сосредоточенно наблюдая за происходящим. Ничего не успел уловить, но стал слышать странные слова, голос женщины, его охватили судороги, Амелия читала молитву…
Лорд хватал все, инстинктивно закрывая глаза ментального облика, не замечая обрывков фраз, доносящихся извне. Победа за тьмой, но что-то внезапно изменилось, пространство стало вязким, останавливая поток мыслей Боунс. Волан-де-Морт открыл глаза, понимая, что произрастает новый щит, оскалил зубы, и от него отлетела энергетическая стена, растворяющая блок белой пеленой. Северус не имел права ничего не делать и, по возможности, поддерживал силы спутника. Внезапно все кругом стало растворяться, появлялись черные дыры, пустые пространства, отдавая последние клочки памяти. Странный эффект леглименции, еще никогда он не видел ничего подобного. И тут на него нашло осознание…
~~
Они вернулись, Снейп сделал бесконтрольный шаг назад, на мгновение в глазах застыл ужас, а Темный Лорд приходил в себя, массируя виски. Люциус не мог сдвинуться с места… Казалось бы, молитва, ничего не значащие слова, бессмысленные речи утопленницы, идущей ко дну… Но внутри что-то сжалось в тугой комок…
~~
Люциус не мог понять, осознать, все ли прошло удачно, потому что в голове звучало эхо святых речей, он повернул голову к Аллегре, все еще поддерживающей пленницу, запрокинувшую голову назад с открытыми стеклянными глазами. Да она в оцепенении! Словно ее коснулось немного магии, или нечто похуже… Боунс была мертва, не стоило даже пульс проверять. Пришлось подойти к «другу» и потянуть Аллегру назад за плечи.
— Держи себя в руках, — шепнул он негромко на ухо.
Она вздрогнула и, словно после комы, очнулась, мужская ладонь накрыла руку Люциуса, словно впитывая энергию, говоря, что все хорошо, в ней есть силы справиться с потрясением. Коснулась смерти, держала в руках умирающую… Лорд заметил подобную сцену, Снейп тяжело дышал, не обращая внимания на присутствующих. Люциус отошел в сторону, снова сложил руки на трость. Темный волшебник даже не заметил погибели и повернулся к Северусу.
— Северус, ты свободен на сегодня.
Тот кивнул и пошел в сторону выхода, не прощаясь, переваривая произошедшее. Аллегра даже не посмотрела в его сторону, изо всех сил стараясь ненароком не взглянуть на тело, обмякшее на стуле.
— Это было весьма сложно, — равнодушный голос вернул способность мыслить.
~~
Жуткое ощущение, что руки в грязи, я вся, словно вымазана трупным ядом с головы до ног. Она прокляла нас. Недейственно, бесполезно, но речь имела невероятный психологический эффект. Амелия умерла на моих глазах, чудовищно, колики, возбуждение, нервы, эхо молитвы в голове. Тошнота страха подступала к горлу, и проглотить эмоции я не могла, обязана была держаться, глядя в глаза Волан-де-Морту, отметившему мою реакцию. Красные глаза излучали нечто непонятное, снова улыбка, словно отцовская.
— Аллегра, — шипящий голос. — Смерть — не конец, смерть — дверь в иной мир, ее нужно принять…
«Но ей не нужно способствовать», – пронеслось в голове. Я осознала, что Лорд успокаивает меня, но почему в его словах нет зла? Я всегда считала, что он не терпит слабости. Люциус, казалось, был в шоке, а взгляд красных глаз, словно опекал. Как тогда, когда умер отец, Лорд сказал очень много, его речи вернули меня в реальный мир. Я думала, что это попытка вербовки, успешной вербовки, однако сейчас я вижу понимание, не ярость, не злобу, а что-то невероятное. Но он считает, что подарил ей свободу, так легче воспринимать темные деяния, так легче мириться со злом, придуманным миром отчаяния внутри. Он прав, смерть — начало, дар. Убийца, я такая же жестокая, как и Лорд. Теперь начинаю понимать…
— Ты поймешь со временем, жизнь — сплошной предрассудок, произрастающий из воспитанного страха перед смертью.
