Как бы легко я не стала откликаться на фамилию «Грейнджер» я не была ей, и не могла чувствовать тоже что и она , потому что… Потому что Гермионы уже нет, я убила её…
Я ощутила, как по лицу побежали дорожки слёз, одна за другой, настоящие слёзы, но не посвященные убийству девочки, а принадлежащие рапсодии к гибели собственной совести. И тут неожиданно я почувствовала объятия МакГонагалл, материнские, добрые, чужие. Она гладила меня по голове, пока я плакала. Слёзы быстро кончились, мне было жутко неуютно лгать. Вызывать к себе жалость так унизительно, нет, унизительно получать её за вранье…
- Мисс Грейнджер… Гермиона, я просто прошу вас: не падайте духом, – негромко произнесла она. – Вы обязаны держаться ради тех, кто рядом с вами.
- Я понимаю, профессор, – сказала я, вытирая кулачками глаза и громко втягивая воздух забитым носом. – Всё будет хорошо, я … Я справлюсь, просто она была такой… Такой жизнерадостной, такой молодой для своих лет.
Приступив к ещё большему вранью, я заметила, что мне становится легче, в смысле, что слёзы пропадают. Почему же я заплакала?
- Из жизни уходит много хороших людей, зачастую это кажется несправедливостью, – вздохнула МакГонагалл.
Она налила мне несколько капель успокаивающего зелья, которое оказалось в горшке с цветами, стоило ей отвернуться на секунду. МакГонагалл, как истинная магглолюбка, завела разговор о религии, аде и рае, пытаясь привести меня в норму. Успокоение для магглорожденной волшебницы, но я таковой не являлась и уже через двадцать минут лекции о протестанстве и католицизме, невольно захотелось сбежать. Поддерживать её речи было не сложно, достаточно было просто кивать. Декан не требовала от меня ответов, а просто говорила, лишь бы занять мою грусть.
- Профессор МакГонагал, спасибо вам за всё, – я склонила голову.
- Приходите завтра в восемь, я открою для вас камин, – тоже едва не расплакавшись, произнесла она. – Вас проводить до башни?
- Нет, я дойду, спасибо, – монотонным тихим голосом продолжила я, пытаясь поскорее сбежать, ведь у меня ещё были дела, и так потратила на эту ведьму достаточно времени.
Последний соболезнующий взгляд МакГонагалл… и я отвернулась и пошла в сторону лестницы, медленно, неуверенно, словно разучилась ходить, потому что знала, что она смотрит мне вслед. Наконец, завернув за угол, я словно сбросила отвратительную лживую маску, расправила плечи и ускорила шаг в сторону лестницы. Всего через один пролет находилось заветное место…
- Северус, вас не затруднит провести отдельный зачет для мисс Грейнджер?
Он одарил МакГоналл не самым своим приятным взглядом. Он терпеть не мог особенных, таких как гриффиндорская всезнайка. Естественно он знал о несчастье, случившемся в её семье, но индивидуальный экзамен? С чего вдруг?
- Пускай сдает вместе с первокурсниками послезавтра, – произнес Снейп, стараясь не выдавать раздражения.
В последние дни Северус был сам не свой, всё ближе был тот день, когда он должен будет произнести два страшных слова – отвратительное заклинание смерти, что перечеркнет жизнь его единственному другу. Дамблдору становилось всё хуже, он искренне боялся, что не успеет дожить до своего собственного убийства. В его голубых глазах отражалась боль. Северус видел свою вину за ещё не случившееся, но он понял, что назад пути нет, выбор он сделал еще много лет назад, когда отдал Волан-де-Морту Пророчество, перечеркнувшее всю его жизнь…
МакГонагалл пришла лично, не воспользовалась камином для связи. Тошно смотреть, как декан радеет за свою любимую ученицу.
- Боюсь, мисс Грейнджер вернется в Хогвартс не раньше чем через два дня, когда все экзамены закончатся, у шестикурсников остался только ваш предмет, – сказала она и осторожно попыталась воззвать к его совести: – Северус, вы же понимаете, что Гермионе сейчас нужна поддержка и некоторая снисходительность.
Он постарался изобразить гримасу недовольства, но потом в его голову прокрались интересные мысли. Тет-а-тет, индивидуальный экзамен, это позволит пойти дальше простых подозрений. Наедине в пустом классе, он сможет пробиться в её голову и дойти до сути. Дамблдор будет категорически против такой проверки, но ведь ему не обязательно знать…
- Пожалуй, я смогу сделать исключение, но это в первый и последний раз, – равнодушно сказал Снейп.
МакГонагалл просияла.
- Спасибо, Северус, я думаю нам пора на педсовет, – произнесла она, обратив внимание на настенные часы в его кабинете.
Северус посмотрел на стрелку, указывающую на девять вечера, сухо кивнул и они покинули кабинет вместе.
- Бедная мисс Грейнджер, – высоким голосом пропищал Флитвик. – На долю девочки выпало слишком много испытаний.
- О да, – протянул Гораций, сидя в одном из кресел около камина в кабинете Дамблдора. – Такая одаренная… Я безмерно счастлив, что у неё так много друзей, которые могут оказать поддержку. Она и Гарри – самые лучшие ученики шестых курсов, такую ведьму, как она, ждет большое будущее.
