Демон спрыгнул с крыши, попутно обрушив несколько камней. Малочисленные прохожие завизжали и ринулись в разные стороны, а Файн, не растерявшись, заорала:
– Всем покинуть улицу! Ведутся съемки фльма!
– Волшебница, – пророкотал демон, остановившись в пяти метрах от их компании. – Ты пойдешь со мной.
– Хрена лысого, – безмятежно отозвалась Файн и нацелила острый кончик меча в сторону демона. – Это наша территория, демон. Тебе тут не рады, в отличие от волшебниц.
– Исчезни, валькирия. Я тебя не трону, если не будешь мешаться.
– О, да ладно? А может, я хочу, чтобы меня потрогали? – рассмеялась Файн и шепнула Яффе: – Твой вампир может перемещаться? Если да, то пусть сделает это и заберет тебя. С демоном я разберусь.
– Спасибо, – шепотом ответила Яффа и посмотрела на Кэймрона. Он с сомнением уставился на Яффу, словно размышляя, но тут же схватил ее покрепче и телепортировался в незнакомое ей место.
Оглядевшись, Яффа с изумлением увидела просторную комнату с огромной кроватью и массивным столом, на котором красовался навороченный компьютер, различные диски и жужжащие коробки. Повернувшись к Кэймрону, чтобы задать ему вопрос о том, где они, Яффа узрела вместо вампира пустоту и смачно выругалась.
Проклятье! Он переместился обратно к Файн!
***
Рисковать жизнью своей невесты Кэймрон не собирался, однако бросать ту наглую валькирию один на один с демоном – тоже. Несмотря на ее нахальство, он оценил то, как она бросилась защищать Яффу, предложив им отвлечь демона. Переместив свою колдунью в свой лондонский дом, Кэймрон вернулся обратно в Луизиану.
Схватка была в самом разгаре.
Огненный демон почти показал свою вторую ипостась – он стал выше ростом, мускулы увеличились, а кожа потемнела. Рыча, он дрался с хрупкой валькирией, которая двигалась так быстро, что выглядела как размытое пятно. Перевес был на ее стороне, пока демон не схватил ее меч, раня собственную руку, и не швырнул противницу в сторону. Валькирия отлетела на добрых шесть метров, несколько раз перевернувшись в воздухе.
Сломя голову Кэймрон бросился на подмогу. Яффа сказала, что эта Файн – ее подруга. Что же, он поможет другу своей невесты.
Взревев, Кэймрон накинулся на демона, толкая его мощным ударом в плечо. Замахнувшись, он от души врезал ему по лицу, и добавил ногой, метя в грудную клетку. Раздался противный хруст костей. Демон завопил от боли, и, врезавшись в стену, с грохотом сполз вниз.
– Что ты здесь делаешь, – рявкнула валькирия, приземляясь рядом с ним. – Я же сказала уходить!
– Я увел Яффу в безопасное место, и вернулся, чтобы помочь, – кратко ответил Кэймрон. Прищурившись, он следил, как демон медленно встает, тряся головой.
– Джентльмен, значит? – ухмыльнулась Файн, и ринулась вперед, размахивая мечом. Замах, резкое движение – и голова демона слетела с плеч, покатившись по мостовой. Валькирия наклонилась и деловито обтерла меч об одежду убитого, а затем вложила орудие в ножны.
– Но все равно спасибо, вампир, – бросила валькирия. – А теперь уходи. Скоро прибудут мои сестры, чтобы навести тут порядок. Твое присутствие для них – как красная тряпка для быка.
– Почему?
Кэймрон действительно не понимал. Что он такого сделал, что большинство алвианцев сторонятся его? Он мог понять неприязнь королевы волшебниц – вампиры убили ее родителей, а остальные тогда почему считают его монстром хуже этого демона?
Файн вздохнула и направилась к нему, двигаясь плавно и бесшумно.
– Вампиров не любят, потому что они не могут контролировать свою жажду. Когда вы находите невесту, то хотите пить только из нее, но до той поры сходите с ума от желания крови. И многие из вас совершают ошибку, убивая алвианцев. Наша кровь вкуснее, чем у людей. Пиявки регулярно нападают на фей, нимф и волшебниц, потому что они – легкая добыча. Подумай об этом, вампир.
– Я никогда не кусал и не убивал никого из алвианцев, – просто сказал Кэймрон.
Файн прищурилась.
– А людей?
– Убивал, – признался Кэймрон. – Но не для того, чтобы покормиться. Я уничтожал убийц и воров. Тех, кто нападал на меня.
В глазах валькирии сверкнули золотистые искры, и она склонила голову набок.
– Если ты не врешь, то это достойно уважения. Что связывает тебя с Яффой?
– Она – моя невеста.
– Невеста? Ну, как я сразу не догадалась. А ее королева знает?
– Мне ничего не известно об этом. И все равно, что скажет ее королева.
– На твоем месте я бы опасалась Анхель, – промолвила Файн. – Она безжалостна к тем, кто обижает ее сестер. Но если ты действительно влюблен в Яффу, тебе нечего опасаться.
Кэймрон нахмурился. Есть шанс, что королева волшебниц признает его право быть с Яффой?
– Правда?
– Нет. Анхель оторвет тебе голову прежде, чем ты успеешь слово сказать. И, если бы не война с демонами, она бы уже это сделала, – оптимистично заявила Файн.
– Зачем демоны воюют с волшебницами?
– Они враждуют уже много веков. В последнее время было шаткое перемирие, но из-за пророчества оно нарушилось.
– Что за пророчество?
– Слишком много вопросов, вампир. Тебе лучше поговорить об этом со своей невестой, – отрезала Файн, и прислушалась. – Мои сестры близко. Уходи.
