Зачем он выбросил оружие, стало ясно через секунду: Даген развёл в стороны руки, чуть запрокинул голову и заревел, словно зловещее мычание служило ему заклинанием… А оно и служило заклинанием, потому что его рубашка вдруг разорвалась, и отступивший на пару шагов Кирилл увидел, как человеческий торс противника трансформируется в ужасное, мускулистое и очень подвижное тело осьминога с шестью длинными щупальцами. Изменилось только тело и верхние конечности, голова и ноги остались прежними, и улыбка, появившаяся на физиономии Дагена, завершила образ отвратительного получеловека.
— Ну, ты и урод! — не сдержался Кирилл.
— Не всем же быть красавчиками.
Щупальца пришли в движение, но в следующий миг по берегу пруда пробежало круглое пятно прожектора и загрохотал усиленный динамиком голос:
— Внимание! Вы окружены! Парк блокирован! Прекратите драться и поднимите руки!
Противники задрали головы, посмотрели на вертолёт, а затем — друг на друга.
— Когда луч коснётся Марси, — предложил Кирилл.
— Согласен, — ответил Даген, но сигнала не дождался — тут же бросился в атаку.
Здоровенный, сильный, отвратительный в своём уродстве, он казался куда мощнее противника, внушал страх и омерзение одним только видом, но пришедшая уверенность не оставила Кирилла. А нападения он ждал, знал, что Сапожник не сдержит слова, и ждал. Стоял, не шевелясь, но мысли его и чувства вновь ускорились, помчались гончими собаками, и движения Дагена вдруг показались медлительными, заторможенными, а главное — предсказуемыми. Амон совершенно точно знал, как обхватят его щупальца, как сожмут, в надежде раздавить, как будут рвать плоть ядовитые присоски, как захохочет Даген, предчувствуя смерть врага, и как его смех оборвётся, когда Кирилл решительным движением освободится от божественного осьминога и уверенно перехватит все шесть щупальцев сразу — по три под каждую руку.
— Чёрт!
Несколько секунд они стояли в жёстком захвате, напрягая все силы и стараясь подавить соперника, а затем Даген отступил. Не сдался, но шагнул назад, к берегу.
— Нет! — прохрипел Амон.
Кирилл попытался задержать врага, остановить, но не мог — Даген, понимая, что в этом его единственное спасение, тянул противника к воде.
— Искупаемся?
— Нет…
И расцепить захват нельзя — освободившись, Даген-осьминог утащит его в пруд быстрее.
— Искупаемся…
Марси с ужасом посмотрела на своего спасителя.
— Скоро ты сдохнешь, Амон… — Правая нога Дагена по щиколотку ушла в воду, и его сила ощутимо возросла. Он не спешил вырываться из захвата, но давление на Кирилла возросло. — Иола тебя хвалила, но, по мне, ты заурядный слабак…
И Амон вдруг сделал то, чего никто не ожидал — бросился вперёд. Резко толкнул Дагена в пруд, тот не удержался на ногах, и мужчины ушли под воду.
Марси застонала.
В пятне прожектора виднелась забурлившая вода, и все замерли, ожидая, чем закончится схватка. Среди деревьев заблестели огоньки фонарей и послышались голоса приближающихся полицейских. Спасение приближалось, но из-под воды никто не показывался, и на глазах Марси выступили слёзы. Полминуты… Минута… Сколько времени человек может пробыть без воздуха? Сражающийся человек. Бурление стало сильнее, а затем вода резко окрасилась в чёрное.
Кровь? Но чья?
А в следующий миг из воды шумно вынырнул Кирилл.
Выскочил, жадно дыша, выбрался на берег, подошёл к треноге и яростно посмотрел в камеру.
— Вы этого хотели, скоты? Вам это было нужно? Кровь и насилие? Запретные развлечения? Настоящие эмоции? — Мокрый, уставший, а главное — предельно злой, он смотрел в объектив с такой яростью, будто видел каждого подписчика «Испанского Сапожника», каждого подонка, готового заплатить за удовлетворение своей подлой страсти. — Канал закрыт, уроды. Навсегда!
Кирилл с размаху ударил камерой о землю и побежал к Марси.
Снятое с полицейского вертолёта видео получилось необычайно эффектным: ночь, парк, берег пруда, который ощупывает падающий с неба луч мощного прожектора, спецназовцы и шагающий им навстречу Кирилл — высокий, спокойный, уверенный. Несущий на руках светловолосую девушку. Кадры могли сделать честь любому боевику, но украсили — так уж получилось, — новостные ленты.
— В эфире «Информационный марафон НСН» и я, его ведущий, Всеволод Нерознак. Новостью номер один остаётся история с заложницей, которую спас прошлой ночью ведущий «НАШЕго радио» Кирилл Амон…
Авадонна убрал звук и улыбнулся:
— Как себя чувствует ваша знакомая?
— Марси уехала, — спокойно ответил Кирилл. — Сказала, что хочет побыть одна.
— Учитывая обстоятельства, я не удивлён, — карлик вздохнул. — Полагаю, похищение стало серьёзным потрясением для бедной девочки.
— Увы.
— Мир жесток.
— Согласен.
И мужчины замолчали, внимательно глядя друг на друга.
Собственно, их разговор проходил именно в таком, очень странном режиме: короткий диалог — и пауза, иногда долгая, иногда совсем крошечная. И вновь — диалог.
— В новостях ни слова об Иоле, — заметил Кирилл. — Она скрылась?
— Собираетесь её преследовать?
— Вам бы этого хотелось?
— Мне всё равно.
— Я пока не решил, как поступить с Иолой.
