- А ты вообще лежи и помалкивай, - отрезала Инга. – Костя твой имел свои планы на наш Осколок.
- Очкарика жалко, конечно. Нормальный парень был, хоть и душный малость, - со стороны Игоря прозвучала лаконичная эпитафия.
Снова провалился в сон. Когда очнулся, было уже утро. Попытался встать, но скривился от боли. Поднял футболку и потрогал повязку. Пожалуй, мне стоит отдохнуть, пока Отражение даёт такую возможность.
Моя палата располагалась через стенку от столовой, и я слышал, как на кухне гремят кастрюли, что-то льётся, что-то падает, со свистом кипит чайник.
В дверях показалась Марина. В руках она держала поднос с ароматным супом, пюре с котлетками, чайком.
- Привет всем страдающим! Как рана?
Попытался сформулировать ответ, не содержащий матерных слов. Не получилось. Рана болела слишком сильно.
Пока спал, успел как следует проголодаться. Набросился на суп и консервы. Заметил, что Марина наблюдает за уничтожением еды с улыбкой, и немного снизил скорость.
- Вот знаешь, я сразу чувствовала, что он какой-то не такой, - осторожно начала Марина. – Весь такой открытый, приветливый, доброжелательный. Но чёрные мысли – они всегда чувствуются…
Прожевал очередной кусок и спросил:
- Куда бы он повёз машину, если бы убил меня? К Моряку?
- Очень вряд ли, - покачала головой Марина. - Скорее, он поехал бы к тому, у кого больше ресурсов и власти. К Бахусу. С Бахусом всегда можно договориться.
- Предположим, продал бы Осколок, получил бы огромный ящик сигарет и не менее огромный ящик оружия. А дальше что? Основал бы свою общину?
- У Бахуса можно купить не оружие, а безопасность.
- Что ты имеешь в виду?
- Внутри Винзавода есть небольшая огражденная территория. Ничего особенного – две хрущевки, дворик, несколько деревьев. Личные комнаты, большая библиотека, еда. Это закрытое место, куда не зайдут посторонние. Место, где люди с разным цветом глаз не стреляют друг в друга, - Марина пристально посмотрела на меня и убедилась, что я внимательно слушаю.
Поразился, что совсем недавно представлял себе такое место, не подозревая о его существовании. Вслух этого, впрочем, не сказал.
- Понимаешь, там можно просто жить, - продолжила Марина. - Без рейдов, поножовщины, перестрелок.
- Судя по твоему описанию, это похоже на тюрьму...
- Я бы употребила слово «санаторий». А вот тюрьма – это как раз все остальное Отражение.
- И ты согласилась бы жить в таком… «санатории»? – наступила моя очередь внимательно посмотреть на Марину.
- Не знаю. Не думала. Возможно, - торопливо ответила она, не уводя глаза.
- Не верю, что Костя пошёл бы в добровольное заключение, - пожал плечами в ответ.
- Уверен, что хорошо его знал? – спросила Марина, мягко касаясь моей повязки.
Дверь распахнулась, и в палату залетела Инга.
- О чём шепчетесь?
Марина с каменным лицом поднялась и вышла.
- Она всегда на своей волне, - весело пояснила Инга, приближаясь к моей кровати. – Ты как, встать сможешь?
- С трудом, - ответил честно.
- Плохо. Ну вставать сегодня и не придется. Будешь сидеть. Как ты любишь - за рулем.
Сначала подумал, что Инга шутит, и даже улыбнулся. Но девушка посмотрела с самым серьёзным видом:
- Пошли прогуляемся.
Попытался встать, и едва смог удержаться на ногах. Кое-как добрались до парковки. Инга оживлённо рассказывала подробности планируемой операции, многократно упоминая троянского коня. Помалкивал.
Между двумя чёрными «Кайенами» с довольной лыбой тёрся Игорь:
- Угадаешь, где твой?
- У них разный модельный год, - грустно вздохнул я.
- Ну, год разный. А машины одинаковые, - с искренним непониманием откликнулся Игорь.
- У Моряка – первое поколение, индекс 955. А вчера мы пригнали рестайлинг, 957. Фары разные по форме. Бампер передний, смотри, - указал рукой на отверстия и противотуманки, - ну совсем другой. Сзади тоже не спутаешь. У 957 форма фонарей - с небольшим изгибом. И так далее…
- Думаешь, Моряк в этом разбирается? – прищурив глаза, спросил Артём. Не заметил, в какой момент он оказался рядом.
- К сожалению, да. Ребята, это просто другая машина. Вариант у нас всё-таки есть. Если сила Осколка заключена только в магнитоле, можем снять её с машины Моряка и запитать в новом «Кайене». А Моряку вернуть пустышку.
- Принимается, - бросил Артём и развернулся, чтобы уйти.
Посмотрел ему в спину и спокойно сказал:
- Помогу переставить магнитолу. Но не поеду.
Артём остановился и медленно обернулся. «Он мог бы стать первым в рейтинге актёров провинциального ТЮЗа. Первым с конца», - мелькнула мысль.
- Лёх, мы всё понимаем, рана серьёзная. Ты выполнишь эту миссию – и дадим тебе большой отпуск, будем чай с печеньями в палату таскать… - начала увещевать Инга.
- Ребята, у меня дырка в боку.
- Дырку тебе заштопали, - прокомментировал Артём. – Если бы не заштопали – этого разговора сейчас бы не случилось.
- Меня хотел убить человек, которому все тут доверяли. Член так называемой общины. Или как это называется? Ложа? Братство?
- Лёш, ты нарушаешь директивы… - Инга умоляюще смотрела на меня и тут же косилась на Артёма.