– Гордая, да? – смеялась мне в лицо старшая, Елена. – Ничего, посмотрим, что ты запоёшь, когда вырастешь и придёт пора поступать в институт… На коленях приползёшь!
И я для себя окончательно и бесповоротно решила никогда в жизни не оставаться в городе после окончания школы! Я должна отныне учиться так, чтобы уехать в Москву и поступить там в самый сильный вуз страны! Впоследствии я своё обещание выполнила.
Брат выплачивал алименты на дочку, почти не навещая её. Их встречам воспрепятствовал тесть, взявший на себя её воспитание и образование. Он почему-то считал Валерку виновным в смерти своих любимых жены и дочери. Какое-то время брата даже вызывали к следователю, но очень быстро сомнения в его виновности отпали: было доказано, что мамашу убили таксисты на междугородней трассе, а дочка добила себя сама алкоголем.
У моего замечательного братишки выработался стойкий иммунитет к институту семьи, а у меня – к женскому беспутству. Валерку удастся женить ещё раз только через двенадцать лет, и то лишь после того, как папа крепко стукнет по столу и решит вопрос в приказном порядке. А так как подобное редко с ним случалось по отношению к членам семьи, это возымеет должный эффект.
Между тем у меня на носу был уже четвёртый класс.
В пионеры меня принимали без особых осложнений. В самом начале четвёртого класса на торжественной линейке школьной пионерской дружины, посвящённой Октябрьским празднованиям, мне торжественно повязали пионерский галстук, слегка пожурив за «проколы» и хулиганское поведение. На классном собрании сотоварищи проголосовали «за» принятие решения рекомендовать меня в члены пионерской организации, хотя моя кандидатура не прошла ни на одну из выборных должностей. Я не должна была стать ни командиром звена, ни командиром отряда. Каждому было что сказать по этому поводу:
– Поменьше бы махала своими костылями!
– И чего ты зубришь целыми днями эти уроки? Тебе чего, больше всех надо?
– У тебя времени свободного не будет на дела класса: то у тебя городские мероприятия, то театр, то библиотека, то музыкальная школа…
«Ну и хорошо! – подумалось мне. – Действительно, когда мне?..»
Но через неделю меня вдруг пригласили на заседание – в «святая святых» школьного совета пионерской дружины-флотилии!
Дело в том, что в те времена были очень популярны военизированные пионерские игры в «Зарницу». Каждая школа выбирала себе профиль по роду войск. Наша была морской пионерской флотилией, во главе которой стоял адмирал!
Господи, как же мы все мечтали поскорее надеть на свою пионерскую форму (белый верх, тёмный низ) морской воротник, «бескозырку» и нашить на рукав нашивки – знаки отличия!
Мы шили и клеили эти аксессуары по домам с большим волнением и ждали с нетерпением, когда пройдём чётким строем с речёвками и песнями, вытянув шеи, перед принимающим парад школьным адмиралом – в то время учеником седьмого класса, моим сотоварищем по футбольной команде, готовящимся к вступлению в комсомол.
– Расскажи нам о себе!
Я стояла перед членами пионерского штаба школы.
– Что рассказывать?
– Мы знаем, что ты классный вратарь! – улыбнулись ребята.
Я серьёзно кивнула.
– Ты играешь в городском театре, участвуешь во всех мероприятиях Дворца пионеров и городской детской библиотеки, отлично учишься.
Я снова подтвердила их слова кивком.
– Я предлагаю тебе возглавить школьную дружину-флотилию. Будешь адмиралом?
– Буду! – выпалила я, прежде чем успела подумать.
– Так я и знал! – расхохотался мой друг-старшеклассник и положил мне руку на плечо.
– Ну, принимай командование, адмирал!
Я не знаю, на каких крыльях я летела в тот день домой!
– Папа! Мама! Я адмирал! – выпалила я с порога.
– Какой ещё «адмирал»? – испугалась мамочка.
– Как какой? Морской! Пошьёшь мне китель?
Китель шить не пришлось. Ограничились кокардой и тремя нашивками на рукаве. Но дел значительно прибавилось. Я взвалила на себя огромную дополнительную нагрузку, связанную с общественной деятельностью. Мне приходилось присутствовать на заседаниях школьного и городского штабов, военизированных играх и парадах, принимать участие в викторинах и поиске ветеранов войны, заниматься краеведческой деятельностью. Я не выходила из городской библиотеки до вечера – интернета тогда не было.
У меня появились новые замечательные друзья, которые будут идти со мной рядом долгие годы. С Танюхой и Игорем я познакомилась в школьном штабе.
В 2015 году, в марте, в небольшой петербургской квартире Танюхи, мы сидели за столом и хохотали до слёз, вспоминая нашу «боевую юность»!
– Когда же мы впервые познакомились?
– Ещё в предыдущей школе, помнишь?
– Да, что-то такое, смутно… А это же ты была адмиралом и грохнулась в обморок от солнечного удара на пионерской линейке?
Про линейку я тоже помнила, сохранились даже фотографии того странного дня, когда я стояла-стояла себе возле мачты с флагом, принимая парад войск, а потом вдруг открыла глаза уже на земле, а вокруг люди, и все что-то кричат…
– А Игоря помнишь?
