– Я не чудовище. Так что сделаю это только если ты решишь угрожать кому-то из тех, кого я защищаю, – отмахивается Михаил Ефимович. – Александра?
Саша только кивает.
– Я не знаю, что происходит. Но что-то…что-то происходит. И будет происходить.
Это ощущение только крепло. Словно все происходившее раньше было частью одной цепочки, ведущей куда-то вдаль. И Саша волей-неволей шла прямо по этим звеньям.
– Будет. И мы будем к этому готовы.
Что ж. По крайней мере, ее не собираются держать в неведении. Это, определённо, не могло не радовать.
Позднее вечером, когда Михаил Ефимович вместе с Лесой уходят за продуктами к ужину, Саша, так и сидящая в кресле, замечает внимательный и несколько вопросительный взгляд Миклоша.
– Что?
– Слушай, когда я смогу общаться и пользоваться магией нормально, – он старается говорить медленно, явно оберегая связки. Через боль. Но начальника в комнате нет, и Миклош, почти весь вечер молчавший, все же нарушает его предписание и говорит: – расскажешь мне о розетках, машинах… и вот этом всем? Я видел в твоем разуме много… странного. Пожалуйста.
– Да, – после колебания отвечает Саша. – А ты мне расскажешь то, что знаешь о ритуальной магии с этими кровавыми знаками.
Серафим рассказывал многое. Но еще один источник информации не повредит.
– Заметано.
Что ж. Это будет интересно.
– Что ж, господа. Не знаю, обрадую или огорчу, но вам предстоит небольшая командировка, – Михаил Ефимович отложил в сторону книгу, которую изучал до того, как они вошли в гостинную.
Саша переглянулась с озадаченным Миклошем. Дмитрия Вернадского, того, кому раньше принадлежало это тело, она не знала, и поэтому предпочитала и вслух, и про себя называть парня по тому имени, которое он получил при рождении и которым представился ей. Михаил Ефимович явно был уверен в том, что опальный ученик Серафима и правда тот, кто с ней общался, и этом мнению стоило поверить. К тому же глава Ордена явно знал Миклоша намного дольше, чем она сама.
К тому же за те две недели, которые Саша с Миклошем после схватки на заправке провели «под охраной» Лесы, а на деле в ее с сестрой большом и почти всегда пустом доме вдвоем, она хоть немного, но привыкла к своему товарищу и его своеобразному восприятию реальности. Такое нельзя было сыграть или имитировать. По крайней мере, Саша так думала. Сам Миклош, по собственному признанию, не впадал в ужас от нынешних реалий только потому, что успел и считать эмоциональное отношение к современности Саши, и усвоить какие-то остаточные эманации разума тела, хозяином которого теперь являлся. Ну и потому, что глава Ордена приходил каждый день и присматривал за его «адаптацией», используя какие-то ментальные техники, сути которых никто, кроме него, не понимал до конца. Но вроде как помогало.
Хотя все равно объяснять человеку, рожденному в конце восемнадцатого века что такое компьютер, как работает телефон и зачем существует интернет было… занимательным опытом, мягко говоря. Правда, с другой стороны, когда Миклош завел речь о сложной ритуальной магии, которой занимался до своего печально закончившегося эксперимента, Саша точно так же с глупым выражением лица переспрашивала вещи, для парня являющиеся аксиомами. Как и с танцами, фехтованием и много чем еще, что было обыденностью во времена, канувшие в лету.
Они друг друга стоили.
– Командировка? – Саша рискнула переспросить, потому что Миклош, судя по сосредоточенному выражению лица, пытался понять, что это был за зверь. – Куда?
– В Пензу, господа. Мне наконец удалось кое-что выяснить по вашему делу – это во-первых. И во-вторых – через два дня приедет инспекция из Москвы, и вам надо убраться до ее появления.
– Это связано со мной? – Миклош с некоторым подозрением смотрит на спокойно сидящего в глубоком кресле мага.
Михаил Ефимович выглядит, как всегда, совершенно спокойным. Саша же, сидя напротив него, хотя и не на жестком стуле для посетителей в Ордене, все равно ощущает нервозность. Хотя сейчас она и не на практике, все равно начальник остается начальником. К тому же сейчас есть что-то в Михаиле Ефимовиче от того властного мага, который рассказывал о плане операции в Свободе, сидя на кухне Серафима. Тогда едва начинавшая путь в магии Саша чувствовала подавляющую силу и волю этого человека. Сейчас, формально почти завершив обучение в Ордене, силу и волю местного главы она ощущала, пожалуй, еще сильнее.
– Официально – нет. Совет имеет право проверять деятельность Ордена в любых объемах и по своему усмотрению. Неофициально и между нами – после, Александра, истории со Свободой, проверяли все сверху донизу столько раз, что никакой насущной необходимости делать это сейчас попросту нет.
– То есть ответ – да?
Начальник кивает.
