А еще выходило так, что хотя Миклош и был опытнее в магии и старшее ее, но из них двоих во всем этом деле последнее слово было за Сашей. Просто потому, что она хотя бы не прибыла две недели назад из начала девятнадцатого века. И потому, что ехала по официальному делу. И потому, что в конце-концов могла творить магию. На Миклоша Михаил Ефимович смотрел едва ли не с час, но потом все же выдал ограничитель и скрывающий отпечаток на Изнанке амулет, причем вроде как из каких-то жутко важных запасников. Потому что пока не было понятно даже столь опытному магу, не вызовет ли активное использование магии парнем отторжения от все-таки не его тела, и потому, что так Миклоша могли и узнать. Ограничитель снимать настрого запретили, так что и магия для него была под запретом.
Насколько Саша поняла, когда амулет активировался и Миклош оказался заперт в ее разуме, для Отражения это было равно постоянно творимому им волшебству, и именно так его и нашли, использовав какие-то довольно сложные и не применяющиеся уже давно поисковые чары, обошедшие ее защиты. Сейчас же, после довольно сложного и энергоемкого ритуала внешность парня была изменена окончательно и, хотя опознать в нем Вернадского никто не смог бы, как и вообще понять, что внешность изменена, все же Миклоша как автора магического взаимодействия обнаружить, в теории, могли бы по специфическому индивидуальному отпечатку сплетаемых заклинаний.
Честно говоря, у Саши складывалось ощущение, что парня отправили с ней просто потому, что так можно было. У нынешнего плана с их поездкой в Пензу, очевидно, было множество проблем. Например то, что на месте их врага сама Саша бы напряглась, узнав что после появление в мире одного невинно обвиненного ученика Серафима другой его ученик поехал с официальным заданием в город, где, по чистой случайности, жил знакомый знакомого того самого оклеветанного мага.
– Постараемся не влипнуть в неприятности еще больше.
Миклош только фыркнул.
– Больше некуда. Хотя ты зря так тревожишься – расчёты Михаила редко не оправдываются. Я о таком не слышал, по крайней мере.
– Зато я не только слышала, но и поучаствовала в одном таком деле.
Парень только бровь поднял.
– Та самая упомянутая дерьмовая секретная история, в которой поучаствовал враждебный неизвестный маг из Совета, чуть не устроивший большой взрыв с жертвами из верховного руководства нашего крыла Ордена.
– Магов пушки так просто не берут. Отражение…
– Бесполезно против взорвавшейся под носом атомной бомбы. Не будем об этом, ладно? В общем этот план попахивает маршем прямо в пасть голодному медведю, знаешь ли.
– Есть немного. Но на деле, думаю, неожиданность может и сработать. Тем более что вроде как приманку к Серафиму закинули.
– Что?
– Приманку, – Миклош пожимает плечами. – Вроде как замаскированного меня, отправляющегося к наставнику. С тобой.
У Саши брови вверх полезли.
– Серьезно?
Миклош чуть пожал плечами.
– Не думаю, что это ложь. Видишь ли, если тот, кто все затеял, хоть немного знает Серафима, то он в курсе, что наставник никогда бы не разрешил такую поездку в логово неизвестно к кому. Догадываюсь, что таких «обманок» в виде наших с тобой двойников или тех, в кого нас могли бы замаскировать, будет несколько.
– Смысл? Всем же очевидно, что мы будем расследовать дело.
– «Мы». Но кто на самом деле это будет? То, что Михаил будет выяснять правду, никто не сомневается. Но то, что он пошлет туда настоящих нас… Видишь ли, наставник, не будет всего этого плана, стал бы или сам присматривать за нами, или поручил кому-то из его Круга, близнецам или самому Новгородскому. Или отправил бы к Карине… Что-то вроде того. Он бы в жизни не разрешил нам так рисковать – об этом знают многие.
– И на этом строится весь успех дела, – фыркает Саша. – Что нас все будут считать не нами.
– Успех дела зависит от того, что мы в этой Пензе накопаем. И поэтому я повторю вопрос – какой у нас план?
Саша пожимает плечами. Кажется, Серафим кое-чему Миклоша точно научил. Занудствовать, скажем.
– Приедем. Снимем номера в гостинице или в мотеле. Я схожу к местным насчет этого Михаила, может что подскажут – бумаги официальные-то на запрос есть. А ты вроде как мой кузен, не так давно обретенный из-за раскрытия семейного секрета. Ты посвященный, благодаря своей профессии, но связанный клятвами. И теперь напросился вместе со мной в командировку за свои средства, желающий узнать меня получше. Изнывающий от безделья и готовый на все, даже пойти в местный настольный клуб приобщиться к хобби, о котором я столько рассказывала. Ну а там на месте будем думать и решать, надо попробовать разговорить этих настольщиков, которые, похоже, вообще единственные реальные знакомые Дмитрия. Как я понимаю, клуб, если верить предоставленной Михаилом Ефимовичем информации, по днд, ну игра такая есть, "Подземелья и драконы", я в них играла и мастерила как-то. Узнаем кем был Дмитрий, с кем в партии собирался, какие были отношения, если был мастером, то что вел – это показывает немало о человеке. Может попробуем вместо него в партию вступить…
