Воландеморт вскочил на ноги и с беспокойством посмотрел на вызванную им огненную бурю. Такого он не ожидал. Проклятый старик толком не рассказал ему о мощи этого оружия. Впрочем, Директор поставил перед ним задачу убить Шамиру, а не охотиться за магами и их палочками! А при таком взрыве от волшебных палочек, видимо, осталось не больше, чем от их хозяев. А именно — горстка пепла.
Том Реддл яростно сплюнул с досады. Как все по-идиотски получилось. Пиф-паф, рыцари и кнехты красят розы в белый цвет! Может быть, все же от этих парней хоть что-то уцелело? Хоть понять бы, кто это был. В любом случае надо проверить…
Он оглянулся по сторонам и почти бегом направился к пылающим обломкам ворот.
* * *
Гарольд очнулся сразу, как только окружающий мир вновь стал более-менее приемлем для человеческого восприятия. Они с Драко лежали в воде, а вокруг все пылало. Вода была горячая. Почти кипяток. Бред? Разберемся.
— Депульсо тоталум! — хотел крикнуть Поттер, но его спекшиеся губы отказались повиноваться. Хорошо, что мысль материальна, особенно у мага, владеющего невербальными чарами.
Пылающие обломки разнесло в разные стороны. Вода стремительно превратилась из горячей в холодную. Гарольд даже застонал от наслаждения — ледяная вода просто ласкала обожженную кожу лица и рук. Впрочем, разлеживаться некогда. Тот, кто устроил им эту огненную баню, надо понимать, времени даром не теряет.
Гарольд быстро, но осторожно скатил с себя обмякшее тело Драко. Мельком убедился, что слизеринец еще жив и быстро зашарил вокруг себя в поисках палочек. Палочка Блэков сама прыгнула ему в руку, а вот палочку некроманта пришлось поискать глазами. Ну конечно! Вот что их спасло. Палочка оказалась воткнута в землю и из нее во все стороны били упругие струи воды. Именно они и не дали им изжариться заживо. Иди сюда, спасительница ты наша!
Поттер быстро накрыл Драко магическим щитом, наколдовал рядом на песке иллюзию тела мага, лежащего ничком, и быстро отскочил за полуразрушенную стену ближайшего дома. И вовремя.
Настороженно озираясь по сторонам и водя из стороны в сторону жезлом, в котором Поттер сразу узнал эльфийскую пику, в проеме разрушенных ворот появился высокий и худой маг. Сквозь дым и жирную копоть догорающего пожара было трудно рассмотреть черты его лица, но Гарольд сразу понял, что это тот самый мужчина, которого он видел на вышке командующего войском архонта. Откуда у него самый могучий артефакт мира эльфов? Очень странно! И владея таким оружием, он отправил свою армию умирать на копьях воительниц Шамиры? Зачем? Или опять эти странные традиции и законы?
Конец цикла, понял? Ни фига я не понял! Однако это сейчас не главное. Что этот тип собирается делать?
Том Реддл быстро осмотрелся по сторонам, быстро подбежал к лежавшим на земле магам, бросил на песок пику и двумя руками попробовал ухватить иллюзию, чтобы перевернуть ее на спину. Руки его ухватили пустоту и он, нелепо дернувшись всем телом, упал, зарывшись лицом в гарь. Он судорожно дернулся за пикой, но схватил лишь горсть тлеющих углей.
— Дементор! — зло прошипел Том, поняв, что его провели, как последнего дурака.
— Инкарцеро! Петрификус тоталум! Силенцио!
Окаменевший и обмотанный с головы до ног Том Реддл беспомощно застыл в грязи в двух шагах от Драко, который по-прежнему был без сознания.
Поттер подошел и ногой перевернул поверженного противника. Черное от сажи, покрытое толстым слоем жирной глины лицо показалось Гарольду совершенно незнакомым.
— Полежи, дружок! У нас еще будет время для беседы! — угрожающе процедил он и в сердцах врезал Тому под ребра ногой. — Сволочь!
С равнины продолжал доноситься жуткий вой битвы и Поттер понял, что времени на допросы у него просто нет. Быстро убрав щит с Малфоя, он, даже не пытаясь снять с обожженного и окровавленного парня полусгоревшую одежду, вылил на наиболее страшные раны два пузырька с Обезболивающим и Заживляющим зельями. Главное, чтобы Драко сейчас не умер от болевого шока, а кости и мясо — потом нарастим.
* * *
На равнине окруженное войско Шамиры продолжало свирепо сражаться с озверевшими от крови полчищами архонта. Копьеносная пехота фаланги выкашивала врагов ряд за рядом, но и сама несла тяжелые потери. Осыпаемая тучами стрел и дротиков, она медленно таяла, как огромный кусок сахара в стакане с кипятком. Вот уже перебита конница на флангах и каре ощетинилось остриями во все четыре стороны. Вот уже перестало хватать плотности копий и в ход пошли мечи и палицы. В горячке боя уже никто не слушал приказов начальников, да и сами командиры, словно забыв, что их работа — командовать, полезли в самую гущу боя. Огромная толпа медленно колыхалась по равнине, целеустремленно сжимаясь к центру и постепенно уменьшаясь. Она пожирала сама себя, словно огромная стая соплохвостов, занятых взаимным истреблением.
