— Ну, наконец-то заговорил по-человечески. Кстати, если ты заметил, то мы оба находимся в одной и той же дамблдоровой заднице. И никакая другая ни мне, ни тебе не грозит. Так что оставь свои суицидальные наклонности и будь готов.
— Когда быть готовым?
— Всегда!
— К чему быть готовым?
— Ко всему!
* * *
Как ни настраивал себя Сириус против Дамблдора, всё равно стоило лишь зайти разговорам о тайнах бывшего директора, и сразу появлялось стойкое ощущение происходящего предательства. И от этого чувства было не избавиться. Блэк начинал ёрзать, нервничать и говорить, глотая слова.
— Да что с тобой происходит? — не выдержал, наконец, Гарольд. — Ты всё ещё мне не веришь? Я тебе свой мозг нараспашку предъявил!
— Да нет, Гарри… то есть Гарольд. Не привыкну никак. Понимаешь, я сам чувствую, что со мной что-то не так. Но сделать с собой ничего не могу. Понимаешь?
— Ну-ка скажи: «Дамблдор козёл!»
— Дамбл… дор… коз-з-з… — словно подавившись воздухом, прошипел бедный Сириус.
— Погоди-ка, — руки Поттера прихватили его за виски, — только сиди тихо. Я быстро.
У Гарольда уже появилось вполне определённое подозрение. Он знал, каким сильным легилиментом был Дамблдор. К тому же поведение Сириуса так напомнило ему поведение других бывших соратников директора, что подозрение это быстро переросло в уверенность, и оставалось лишь подтвердить её небольшим ментальным исследованием.
Памятуя о своих не шибких успехах в этом деле, и чем это закончилось для Шаннах, Поттер дал себе слово быть предельно осторожным, чтобы ненароком не соорудить себе из Сириуса копию Джеймса Поттера или что-нибудь в этом роде.
Поэтому, проникнув в мозг крёстного, Гарольд не стал врываться в его воспоминания, а начал искать ментальный блок или что-то на него похожее. Медленно двигая ладонями по голове Сириуса, он, наконец, нащупал чужеродное тело. Или даже организм. Чем-то это напомнило излечение Люциуса Малфоя от чёрной метки Лорда. Только магических сил на этот раз потребовалось не в пример меньше. Этот мелкий вредитель был намного слабее того монстра, в которого превратилась метка. Хотя и он мог доставить своему носителю немало неприятностей.
Точнее, уже доставил.
Гарольд оторвал руку ото лба Блэка. На ладони его медленно переливалась небольшая тёмная клякса, похожая на чернильное пятно. Сириус открыл глаза, увидел ладонь Гарольда и отшатнулся.
— Что это?
— Ну-ка попробуй ещё раз: «Дамблдор козёл!»
— Дамблдор козёл!
— Смотри-ка, заработало! — заржали близнецы, жадно наблюдавшие за всеми манипуляциями Гарольда.
— Как я сразу не догадался, — пробормотал Гарольд, разглядывая у себя на ладони маленького магического паразита-регулятора, — с помощью такой штуки никакая палочка не нужна. Смотри в глаза и читай мысли, как в открытой книге. И носитель этой дряни про тебя худого слова сказать не сможет, не только вслух, но даже мысленно. И вы все это носили. По крайней мере, те, кто выжил. И ты, и Люпин, и Аластор, мир его праху. Вы все носили личную метку директора. А Ремус ещё и сейчас носит. То-то я помню, что он голову в плечи вжимал, когда о грехах Дамблдора говорить приходилось.
Блэк медленно осознавал, переводя взгляд с Гарольда на его ладонь, в которой копошился паразит.
— А скажи, крёстный, когда тебя схватило министерство после того, как ты упустил Хвоста, у тебя просто язык не повернулся назвать Дамблдора в качестве свидетеля защиты? Ты чувствовал мучительную неловкость, или такого варианта даже в мыслях не было?
Близнецы притихли.
Сириус весь побагровел.
— Ты хочешь сказать, что я молчал из-за этой пакости? — кивнул он на ладонь.
— Ну, посуди сам, а что угрожало Дамблдору? Воландеморт повержен. Министерство ликует. Свидетельство директора могло снять с тебя вину или заставить авроров провести тщательное расследование. Директору грозили лишь некоторые репутационные риски, вроде упреков в том, что он знал о четырёх незарегистрированных анимагах, но не донёс в министерство. Это стоило тринадцати лет Азкабана?
Блэк схватился за палочку.
— Надо уничтожить эту гадость!
Гарольд поспешно сжал кулак, пряча тварь, созданную Дамблдором, от праведного гнева Блэка.
— Ни в коем случае. При том дефиците магических сил, в котором я сейчас нахожусь, каждое проявление магии ценно. А это ценно десятикратно!
— Почему? — Сириус опустил палочку.
— Ну, подумай сам. Из чего наш хитроумный и изощрённый в трансфигурации директор мог изготовить вот этих ментальных надсмотрщиков? Не знаешь? А я, кажется, догадываюсь.
Гарольд извлек из воздуха небольшой пузырек, осторожно затолкал в него кляксу со своей ладони, тщательно запечатал и улыбнулся.
Сириуса слегка передернуло от отвращения. Он ещё только начал привыкать к этому новому Поттеру, но в данном случае гадать не приходилось: такая улыбка крестника сулила «хитроумному и изощрённому Дамблдору» крупные неприятности…
— Как же ты их упустил?
Драко мельком глянул в огорченное лицо Десмонда Джонса, насупился и с неожиданной злостью ответил:
