— Действительно. К тому же, не думаю, что его высочество хотел бы этого, — Да Лю посмотрел на Омуру, — Как-никак дух мира. Но вот направить его и его дружков в нужную нам сторону… — протянул Да Лю, прервавшись на полуслове, заметив что-то интересное на месте битвы. Омура прекрасно понял, что имел ввиду старший куратор агентурной сети в Царстве Земли. Водить за нос Команду Аватара было одной из их основных задач.
— Всегда поражался, как в таких как принц Чан Мин уживается огромное благородство и бесконечное коварство, — сказал Омура, всматриваясь в то, как задние ряды обеих армий двинулись вперед.
— Все зависит лишь от точки зрения, — ответил Да Лю и наткнулся на удивленный взгляд Омуры. — Для нас он кормилец, поилец и добрый хозяин, благородный и честный, готовый подставиться под удар, чтобы поддержать доверившихся ему людей. А вот для врагов…коварный враг, опасный, как самые злые из духов. И мы должны сделать все, чтобы враги не увидели эту сторону личности нашего господина, — сказал Да Лю и вновь вернулся к наблюдению за сражением. Омура ничего не сказал и также стал рассматривать место сражения. Дело шло к закату, и опускающееся на западе солнце освещало соседние холмы кроваво-красным светом.
center***/center
В поместье Бейфонгов в славном городе Гаолине с самого утра не прекращалась суета. Рано утром, когда все жители поместья еще спали, на лужайку в саду приземлился летающий бизон. Вооружившиеся слуги и охрана поместья окружили зверя и прилетевших на нем подростков и чуть не атаковали, но появление молодой госпожи остановило их. Несмотря на все прежние разногласия, Лао Бейфонг, который тоже был разбужен суетой, весьма радушно поприветствовал друзей своей дочери и распорядился приготовить для них лучшие гостевые покои. Аватара отнесли внутрь и уложили в мягкую кровать. Рядом с ним устроилась Катара, несмотря на слабый протест о том, что неприлично для молодой девушки быть в одной комнате с юношей.
Утром следующего дня, приглашенный Лао Бейфонгом целитель подтвердил, что жизни Аватара ничего не угрожает, но он потерял слишком много крови, уж очень удачно арбалетный болт попал в артерию. Похвалил Катару за лечение и грамотно наложенную повязку и удалился. После этого Катара, что не спала всю ночь, была в приказном порядке отправлена в кровать, которую ей постелили в соседней комнате. Сокка же, что успел за это время отдохнуть, был взят в оборот Лао Бейфонгом и Тоф. Сообщенная им информация была, мягко говоря, удивительной. Нет, Лао Бейфонг прекрасно знал историю своей страны, но один из самых богатых людей в Царстве Земли уж никак не ожидал, что волнения, о которых ему было известно уже давно, перерастут в полноценную гражданскую войну.
— Говоришь, они буквально ненавидели друг друга? — спросил Лао Бейфонг, когда Сокка закончил свой рассказ.
— Да. Правда, мне показалось, что вчерашние крестьяне как-то не очень горели желанием воевать.
— Вот как? И почему ты так думаешь? — Лао про себя подумал, что в последнее время ему уж очень везет на молодых и талантливых людей.
— Ну… Они, конечно, кричали что-то там насчет мести за сожженные посевы, но мне показалось, что для них это было скорее не начало войны, а очередная сельская драка. Уж очень все мне это напомнило, как вели себя Ганджины и Жанги, — пояснил Сокка и, наткнувшись на ухмылку Лао, понял, что о вражде этих двух племен он прекрасно осведомлен.
— Да, ты прав, юный Сокка. Вот только теперь все поменяется. Кровь пролилась, — Лао задумчиво пригубил давно уже остывший чай. — К вечеру или завтра к утру мне, скорее всего, сообщат о результатах сражения. Тогда и узнаем, чем все кончилось, — сказал Лао, после чего разговор закончился и Сокка пошел к себе в комнату. И Тоф, и Лао Бейфонг остались в малой гостиной, где был накрыт чайный столик и стояли пиалы со сладостями. Оба молча обдумывали свалившуюся на них информацию.
За два месяца пребывания дома, Тоф стала понемногу вникать в дела своего отца. Правда, в первую очередь Лао нанял ей учителей по разным наукам, но теперь сама Тоф стала учить все эти нудные и неинтересные предметы, ведь отец прямо ей сказал, что она — его наследница и единственный человек, кому он может доверить семейное дело. И как будто этого было мало, он стал часто звать ее к себе в кабинет, где она как бы занималась каллиграфией, но на самом деле прислушивалась к разговору отца и пришедших к нему людей. А затем Лао спрашивал ее, что она поняла и объяснял, чего она понять не смогла.
— Ну, что скажешь, Тоф? Что показалось тебе странным в его рассказе? — спросил Лао Бейфонг через несколько минут после того, как Сокка вышел из гостиной.
— Мне не дает покоя этот выстрел. Слишком точное попадание. Если бы Аанга хотели убить, никто не мешал бы им стрелять в сердце или в голову, — сказала Тоф, сжимая и разжимая свои руки, на что Лао лишь улыбнулся. Он уже достаточно хорошо знал те жесты, которые неосознанно делала Тоф когда волновалась. И теперь он видел, что тому, кто стрелял в ее друга, будет очень и очень плохо.
