Уже не хозяин - слуга принес кувшинчик вина и закуски: жареных в шафранном соусе перепелов, мясной бульон, рыбу.
- Что-то здесь как-то необычно тихо, - заметил Иван.
Брат Жером усмехнулся:
- А здесь никогда и не бывает шумно. Сюда приходят не веселиться - делать дела. Не только местные, приезжают и из Руана, Ренна, Сен-Мало. Ну, дружище, - монах перевел взгляд на Жан-Поля, - рассказывай про свое предприятие. Да имей в виду, есть у меня насчет него одна задумка… Келарь в аббатстве уж очень плох, не сегодня-завтра предстанет перед Всевышним.
- Ага, - понятливо ухмыльнулся Жан-Поль. - И новым келарем станешь ты, друг мой!
- Ну-ну, не будем пока подгонять события… Итак, что за предприятие? Каков оборот? Проблемы?
Вообще, у Ивана складывалось такое впечатление, что хитрые нормандцы - Жан-Поль и его дружок-монах - встретились лишь для обоюдной выгоды, а вовсе не для того, чтобы оказать услугу каким-то там русским. Жан-Поль кратко, но вполне толково изложил суть своей коммерции, монах внимательно выслушал, задав пару вопросов относительно сбыта, улыбнулся, услыхав о модной голубой краске, а потом, хлебнув вина, откинулся к стенке и весело подмигнул компаньонам:
- Вижу, вы с нетерпением ожидаете моего предложения? Спору нет, дело у вас хорошее… Но вскоре могут появиться и конкуренты. А также возникнут обиженные - ведь все эти красильщики, ткачи, шерстобиты когда-то работали на кого-то другого, у которого - так уж получается - вы их переманили.
- Ты это к чему клонишь, братец?
- А к тому, что вам нужны покровители, - заметил монах. - Всенепременно нужны покровители, и очень влиятельные… к примеру, такие, как наше аббатство! Что ты так сверкаешь глазами, дружище Жан-Поль? Или я не прав? Да не думай, делиться доходами, конечно, придется, но не так, как, скажем, с кем-нибудь из аристократов или «людей мантии». К тому же я открою для вас большой рынок сбыта, просто огромный!
- Неужели - в монастыре? - скептически ухмыльнулся Жан-Поль.
Монах кивнул со всей возможной серьезностью:
- Да, именно там. Ты знаешь, сколько доброго сукна идет на рясы, сутаны, праздничное и обычное облачение и прочее? Ну-ка, прикинь на всю братию? Плюс еще имеется и священнический клир, и женское аббатство! Ну, что смеетесь? Золотое дно я вам всем открыл, господа новоявленные буржуа, - вот что!
- Ну, допустим, не только нам, но и себе, - покачал головою Жан-Поль.
- И себе, а как же! Но - вместе с вами. Вы что же, не возьмете меня в компаньоны?
- Тебя? - Жан-Поль обвел взглядом друзей. - Ну, как полагаете, господа, - возьмем?
Вопрос оказался риторическим.
Вообще-то за «буржуа» полагалось бы возмутиться… но Жан-Поль был не совсем обычный дворянин. Гораздо, гораздо умнее! И очень хорошо знал, чего ему в жизни надобно, а чего - нет. Приобрести солидный капитал - это да, а вот проливать кровь за короля в какой-нибудь заварушке - извините, подвиньтесь. Мало его подставили совсем недавно у того особнячка напротив Нотр-Дама? Уж второй раз не выйдет! Если с кем и сражаться, то исключительно за собственные интересы.
- Брат Жером, можно тебя спросить кой о чем? - улучив момент, поинтересовался Иван.
Монах улыбнулся:
- Конечно, спрашивай, дружище. Чем смогу - помогу.
Иван тут же задал вопрос об аббатстве. Дескать, ищет одного знакомого монаха по имени брат Гилберт, высокого, лысого, с крупным носом.
- Брат Жильбер? - задумчиво переспросил монах. - Нет. Ни имени такого не знаю, ни людей с подобными приметами. Впрочем… постой-постой… Говоришь, лысый, высокий?
- Да, да, именно так! - Иван с Митрием переглянулись.
- Наверное, около месяца тому назад или еще раньше про подобного типа как-то рассказывала матушка Женевьева, настоятельница женского аббатства.
- Вот как?! И что рассказывала? Он, этот брат Гилберт-Жильбер, о чем-то просил?
- Не знаю… - Монах почмокал губами. - Матушка не рассказывала. Говорила только, что имела с гостем долгую беседу… а потом его выпроводила.
- А куда выпроводила?
- Вы меня спрашиваете? - расхохотался брат Жером. - Я и эти-то ее слова услышал случайно. Да и забыл бы, кабы не ваши расспросы.
- Как бы с ней переговорить, с этой аббатисой?
- А никак, - подумав, промолвил монах. - Со светскими лицами она вообще никогда не разговаривает, да и с нами-то - не особо. Так что дело это трудное.
- А может быть, есть в женском монастыре еще кто-нибудь, кто знаком со всеми делами матушки настоятельницы? - предположил Иван. - Какая-нибудь ключница или что-нибудь в этом духе?
- Боюсь тебя огорчить, дружище, но матушка Женевьева руководит аббатством сама, безо всяких помощниц! В ежовых рукавицах всех держит.
- А что она за человек? - быстро поинтересовался Митрий. - Что любит, чем увлекается… ну, кроме молитв, понятно.
