Настоятель монастыря отец Раймонд принял посетителей неожиданно быстро. Впрочем, их у него оказалось совсем немного, этих самых посетителей. Очень и очень немного. Честно сказать, окромя Ивана с Жан-Полем, и вообще никого не было. Под сводчатым потолком гостевой залы гулко отдавалось эхо. Длинный стол перед отцом настоятелем был застелен темно-зеленым сукном, позади, на стене, висело распятие, а чуть в стороне от него - большая подзорная труба. Иван не удержался, хмыкнул - ну надо же, сочетание!
- Мы - парижские студенты, - без обиняков начал нормандец. - И хотели бы, если это возможно, познакомиться с открытыми архивами аббатства в целях подготовки к ученому диспуту.
- Ах, к диспуту?! - воскликнул отец Раймонд - здесь он почему-то показался Ивану куда как доброжелательнее, нежели во время вчерашней мессы. - Что ж, не вижу смысла препятствовать. А знаете ли вы, молодые люди, как я сам люблю участвовать в диспутах! Боэций, блаженный Августин, Фома Аквинский - это же не имена - эпохи! Да-да, самые настоящие эпохи в виденье Божественного устройства мира! Увы, в последнее время я поглощен чисто мирскими проблемами… финансы, знаете ли. Требуется кое-что построить, кое-что подправить, чтобы не развалилось… да вы и сами видели… Эх…
- Что ж, - улыбнулся Иван. - Находите утешение в «Утешении философией», святой отец. Или в сравнениях «Града земного» и «Града Божьего».
- О, дети мои! Если б вы знали, как приятно беседовать с образованными людьми. Боже! Ведь некоторые невежды - их, увы, хватает и здесь, в аббатстве, - обвиняют наши университеты в распространении ересей и пороков. Вижу, что это не так. С каким бы удовольствием я побеседовал с вами и о двух градах, и о царстве Божием, и еще о чем-нибудь из блаженного Августина. Но, видит Бог, мешают дела. - Аббат с искренним огорчением развел руками.
- Так как насчет архива? - напомнил Жан-Поль.
- Насчет архива? Ммм… Ах, ну да, вы же хотите готовиться… А на какую тему диспут?
- На тему паломничества, - быстро ответил Иван. - Хотим посмотреть, сколько паломников посетило в последнее время обитель, из каких мест.
- Ну, мы далеко не всех регистрируем, - засмеялся отец Раймонд. - Только самых знатных… или вот - как вы - самых ученых. Я скажу брату Николя, нашему архивариусу, он вас проводит… А сейчас не соблаговолите ли немного подождать… Ой, чуть было не сказал - во внутреннем дворике. Знаете, наш садовник так не любит пускать туда чужих! Прихоть… Но все же он, несмотря на молодость, - мастер своего дела, и великолепные сады аббатства - его заслуга. Даже во дворике - земля да чахлая травка - умудрился посадить пару розовых кустов, и цветут там не иначе, как Божественным чудом. Это на такой-то высоте!
- Мы подождем на террасе, напротив церкви.
- А, на Со-Готье? Хорошо, я велю брату архивариусу прийти за вами туда.
Друзья встали и низко поклонились настоятелю:
- Благословите, святой отец!
Аббат с улыбкой перекрестил посетителей и, дождавшись, когда за ними захлопнется тяжелая дверь, негромко позвал послушника:
- Пусть брат Николя зайдет ко мне.
Послушник исчез бесшумно, словно бесплотная тень. И так же бесшумно явился на зов архивариус.
- Вот что, брат Николя… - Благостная улыбка давно сошла с тонких губ настоятеля. - У нас появились гости. Интересуются архивом, а именно - паломниками… Кто когда приехал, откуда…
- Вот как? - Монах усмехнулся. - Вы полагаете, они…
- Да, они, иезуиты! Иезуиты, вне всяких сомнений. О, я сразу их опознал - уж слишком блещут познаниями: рассуждают о граде земном, о граде Божьем… ну, помните, наверное, у Августина? Учились в университетах. А кто открывает лучшие университеты? Ясно кто - отцы-иезуиты. Нет, я против них ничего не имею, но… Не слишком ли настойчиво они вмешиваются в дела нашей обители?
Архивариус кивнул. Длинный, сутулый, худой, с изможденным, истинно монашеским лицом, брат Николя, как никто другой, хорошо понимал аббата.
- Вы думаете, отец Раймонд, они посланы разыскать своего… пропавшего…
- Думаю, да. И не столько паломники их интересуют, сколько финансовые отчеты. Вы, брат Николя, спрячьте их куда подальше!
- Уже спрятал, отец Раймонд. А насчет этих «студентов»… - Отец Николя поднял глаза к небу. - Может, их лучше того…
- О, нет, нет, брат! Не так радикально. Ссориться с иезуитами нам не с руки, хотя, скажу без ложной скромности, мы, бенедиктинцы общины Святого Мавра, уже и так добились многого. А ведь еще лет десять назад иезуиты считали себя здесь главными!
- Слава Иисусу, те времена давно прошли.
- Слава, во веки веков, аминь!
- Аминь.
Монахи немного посидели, молитвенно сложив руки. Первым подал голос отец Николя:
- Может, нам стоит усилить охрану нашего пленника?
- Не думаю, зачем привлекать внимание? Вот вы, к примеру, уверены во всех наших братьях? Кто из них тайный иезуит?
- Любой может быть, - пожал плечами архивариус. - Их сложно вычислить.
- Вот и я о том же, брат Николя, вот и я о том же. - Аббат деловито потер руки. - И все же одного нам уже удалось обезвредить!
Архивариус вдруг передернул плечами:
