- О, нет. - Хромой Морис улыбнулся. - Юбер никогда не остается - не любит лишних сплетен.
- Жаль, - с искренним сожалением качнул головой Прохор. - Очень жаль. Тогда и мы, пожалуй, пойдем. Верно, Митька?
- Да уж. - Отрок махнул рукой.
Хромой Морис лично проводил их до дверей заведения:
- В следующий раз обязательно приходите. Надолго у нас?
- Скоро уедем, - быстро ответил Митрий. - Совсем скоро. Но если будет время, зайдем.
- Буду рад, - изогнулся в поклоне хозяин корчмы.
Покинув питейное заведение, друзья направились по Большой улице вверх - Прохору захотелось вдруг прогуляться, подышать свежим воздухом - и Митрий это желание понимал.
- Загляните в лавку, месье! - чуть ли не силком затаскивали торговцы. - Самые лучшие распятия! Самые красивые обереги!
- Ах, отстаньте, парни, - за двоих отбивался Митрий. - Мы уже не первый день здесь и все давно купили.
- Давай-ка постоим где-нибудь на башне, - попросил Прохор. - Воздухом подышим, на море полюбуемся.
- Ого! - радостно удивился Митька. - А ты стал большим эстетом, друг мой!
Он произнес эту фразу по-французски, но Прохор вполне уловил смысл и шутя треснул приятеля по шее.
- Вот-вот, - притворно скукожился отрок. - Только и знаешь, как обижать старых друзей.
Улица уже перешла в лестницу, по которой приятели поднялись до открытой площадки меж Малым замком аббатства и Северной башней. Оперлись на каменный парапет и долго смотрели вдаль на окрашенное оранжевым светом заката море, на возвращающиеся в бухту рыбацкие суда с золотисто-красными от солнца парусами, на таких же золотистых чаек, во множестве круживших над пенным прибоем.
- Красиво как! - Прохор подставил лицо налетевшему ветру. - Как говорят французы - tres beao!
- Я всегда подозревал, что ты знаешь французский куда лучше, чем кажется, - усмехнувшись, произнес Митрий.
- Господа, можно вас? - послышался за спиной звонкий голос.
Приятели разом обернулись, с удивлением обнаружив на площадке того самого оборванца, Жано.
- Чего тебе, парень?
Жано огляделся по сторонам и пристально посмотрел на Прохора:
- Господин Юбер очень хотел бы встретиться с вами, месье.
Глава 14
Тридцать три
Скапен: Ах ты, Господи! Уж очень вы мудрено толкуете мои слова…
Жан-Батист Мольер. «Плутни Скапена»
Июль-август 1604 г. Мон-Сен-Мишель
Отпустив Жан-Поля, Иван просидел в архиве почти целый день, до самого вечера. Чихал от пыли, таскал толстенные фолианты, в общем, мучился как истинный книжный червь и не раз уже пожалел, что не отправил вместо себя Митрия, уж тот-то был бы весьма рад углубиться в чтение документов, которыми архивариус буквально завалил стол. Чего тут только не было! Разнообразные справки, отчеты, договора с подрядчиками о поставке камня - почти все грамоты почему-то датировались временами аббата Робера де Ториньи, впрочем, именно он, наверное, больше всего здесь и строил. Но это, извините, был двенадцатый век, а Ивана интересовали времена куда как более близкие.
Подвинув очередную кипу пергамента, молодой человек вздохнул и, бросив быстрый взгляд на появившегося архивариуса, попросил чего-нибудь более современного.
- Видите ли, брат Николя, меня как исследователя больше интересует сегодняшний день, нежели столь глубокая старина, коей вы меня от щедрот своих одарили.
- Сегодняшний день? - Монах задумчиво поскреб подбородок. - А вот, посмотрите-ка во-он в той пачке.
Он кивнул на стеллаж, и пытливый юноша живенько притащил оттуда тяжеленную кипу бумаг. Именно бумаг, а не пергаментов, что, несомненно, вселяло надежды. Поглядев на Ивана, брат Николя скривил тонкие губы в улыбке - читай-читай, студент, авось и вычитаешь что-то интересное в продуктовых отчетах отца-келаря, отличавшегося, надо сказать, изрядной аккуратностью и предусмотрительностью - комар носа не подточит.
- А эту старину я отнесу в скрипторий, некоторые братья решили взяться за историю нашей обители.
- Вот как? - удивился Иван. - Похвальное и, несомненно, угодное Господу дело!
- И мы думаем точно так же.
Довольно кивнув, архивариус живенько забрал с полки те бумаги, которые еще не успел припрятать и обнаружил только сейчас. Переписка с канскими коммерсантами. Не бог весть что, конечно, но все-таки лучше и ее убрать с глаз подальше. Пусть студиозус копает в продуктовых ведомостях, их ему как раз до самого вечера хватит и еще на завтра останется, если придет.
- Не темно? - подхватив под мышку увесистую подшивку, участливо осведомился монах. - Может быть, зажечь еще одну свечу?
- Нет-нет, спасибо, брат Николя. - Молодой человек с улыбкой оторвал глаза от ведомостей. - Достаточно и той свечки, что уже горит.
- Ну, смотрите! - Архивариус вдруг озабоченно нахмурился и, обернувшись уже в дверях, предупредил, что посторонние могут находиться в аббатстве лишь до вечерни. - Я за вами зайду, проводить.
